Скорость падения, судя по ощущениям, снизилась до пяти-семи метров в секунду

Как я себе ничего не вывихнул – просто ума не приложу! Потому что

меня вдруг будто бы дернуло стадо привязанных в палатке лошадей,

причем в разные стороны. Но, благодаря петлям, я ее из рук не выпустил. И

получил сильно вогнутый в центре четырехугольный парус, площадью чуть

более двух квадратных метров, расположенный горизонтально! Нижняя

поверхность палатки была с силой вжата в центр встречным потоком, а

верхняя свободно трепыхалась на ветру. Руки и ноги в разведенном

положении я удерживал с очень большим трудом, прикладывая к этому

почти все свои силы. Намного меня не хватит, но это и не надо – земля-то

вот она, совсем уже рядом!

Скорость падения, судя по ощущениям, снизилась до пяти-семи

метров в секунду. Уже приемлемая для безопасной посадки. Если

приземляться на ноги. Но я-то соприкоснусь с поверхностью этой долбаной

планетки поясницей! И освободить ноги в последний момент не могу – сам

же себя поймал в ловушку петлями! Черт побери, поменять легкую

быструю смерть на долгую агонию на дне ущелья с переломанным

позвоночником? Глупо-то как!

Тут я вспомнил про то, что обещал себе построить из палатки

дельтаплан. А почему бы и нет? Чтобы получить аналогичный эффект, надо

лишь увеличить угол атаки, превратив парашют в управляемый и получив

подъемную силу! Времени на теоретические построения не оставалось

совсем, и я изо всех сил стал заводить руки с зажатыми в них концами

палатки за спину. Хорошо, что я последние полгода от нечего делать

усиленно занимался спортом! В том числе и на бесконечных ночных

дежурствах. Иначе бы сил на задуманное не хватило.

Но все получилось, ноги поползли вверх, а «крыло» приняло угол

атаки градусов в двадцать пять. Из-за неравномерного обтекания и общей

неустойчивости «выбранной» аэродинамической схемы началась ужасная

тряска, грозившая перевернуть всю «конструкцию». Но это не имело уже

ни малейшего значения, так как мой рюкзак, оказавшийся после маневра

самой нижней поверхностью импровизированного летательного (в одном

направлении, правда) аппарата, коснулся земли. Благодаря возникшей в

последние секунды перед приземлением подъемной силе, вектор скорости

поменял направление, переведя снижение в поступательное

горизонтальное движение. Встреча с поверхностью произошла с

минимальной вертикальной скоростью, и, учитывая амортизирующий

эффект набитого всякой фигней вещмешка, я ее почти и не почувствовал.

Зато теперь, в сопровождении зловещего шелеста от трения рюкзака

(служившего мне своеобразной посадочной лыжей) о землю, несся

раздвинутыми ногами вперед, не имея ни малейшего представления о том,

что меня там ожидает. А вдруг острый кусок скалы? Очень неприятный

момент! В героических попытках овладеть управлением парусом в

последние секунды падения я как-то не догадался изучить район

предполагаемой посадки. И теперь оставалось только ждать и надеяться.

К счастью, на «посадочной полосе» никаких препятствий не

встретилось. Она вообще попалась почти идеально ровная, покрытая

невысокой травой, хотя боковым зрением я успел заметить проносящиеся

мимо в опасной близости здоровенные камни. Невеликая скорость

погасилась за считаные секунды, и палаточный купол, потеряв поддержку

встречного потока, бессильно опал прямо на меня.