Эх, давно я не ездила в плацкарте. В детстве – довольно часто, а последний раз – в двадцать с небольшим лет. Тогда я была юна и мобильна, поэтому, прилетев в отпуск на морское побережье России, решила не отлёживаться на пляже, а поехать на денек в гости к боевым студенческим друзьям. Друзья находились в Ростове-на-Дону. Плацкартный билет стоил копейки. Тем более, что белье я не брала, – всего-то ехать шесть часов. Так и запомнился мне тот вагон – темный, упревший и влажный от человеческого дыхания, моя верхняя полка без матраса, чей-то бесконечный храп…
И вот я снова еду, – из Петербурга в Москву. На Сухумском поезде. В плацкартном вагоне. Мне сорок, сыну двенадцать, вокруг – холодный промозглый сентябрь.
Первое, что мы обнаружили, подойдя к вагону, – проводницу, пытающуюся открыть дверь изнутри. Возле соседних вагонов вовсю шла бодрая проверка документов, деловитые пассажиры входили и занимали свои места. Одни мы жались кучкой на сквозном питерском ветру. Проводница билась о мутное стекло, как птица, залетевшая в чужой дом. Мы волновались и ждали. Дверь не поддавалась. Кто-то из мужчин попробовал подергать ручку снаружи. Но безрезультатно. Через несколько минут к вагону подбежала начальница поезда и открыла дверь своим ключом.
– В чем дело? – возмутилась женщина в розовой куртке с полосатой сумкой через плечо, – Почему так долго?
– У нас рук не хватает! Работников не хватает! – вывалившись наружу сказала упревшая молоденькая проводница, похожая на Гюльчатай.
– А мы то тут причём?
Гюльчатай всхлипнула.
Затем оказалось, что наши с сыном нижние места – в разных нишах. Через стенку.
– Ну что ж, – сказала я растерянному ребёнку, – Сейчас постелю тебе и сразу ложись. Уже час ночи.
Для сына я выбрала место с тихими соседями. Мои же оказались классическими – когда я пришла занять свою полку они шумно ели жареную курицу. Пара молодожёнов и мать кого-то из них, полная женщина с белыми пергидрольными волосами. Парень то и дело вскакивал, громко повествовал о чем-то, размахивая куриной ногой. Я успела отшатнуться, когда куриные ошмётки полетели в мою сторону.
Им было хорошо. Оживленные, радостные лица, вдохновлённые путешествием, выходом за пределы своего мира. Я даже немного позавидовала такой радости, ибо сама ее не испытывала.
Общались и ели они до трех часов ночи. Я честно пыталась уснуть. В какой-то момент не выдержала и, повернувшись, спросила:
– Вы спать не планируете?
– Не-е-ет! – отреагировали хором.
– Уже глубокая ночь, – сказала я, и тут же почувствовала себя занудой и грымзой, – Вы мешаете людям.
– Может наушники дать? – весело и нагло отреагировал парень, – У меня есть, уши заткнете!
– Дерзите незнакомым? – окончательно рассердилась я, – Спать ложитесь, а то позову… кого нибудь!
Мы с парнем смерили друг друга воинственными взглядами. Затем он отвёл глаза, сел и впился зубами в бутерброд. Я отвернулась к стенке. Семейство пошумело для вида ещё минут десять. Затем угомонилось.
Через некоторе время в районе туалетов послышались возмущённые крики.
– Ни один унитаз не работает! Все загажено и не смывается! – орал кто-то.
– Я уже вызвала сантехника, – робко оправдывалась юная проводница, – Он через две станции зайдёт и все починит…
– Через две станции? Так когда это ещё будет! – ярился мужской голос.
– А в другом туалете как? – спросила из глубин вагона какая-то женщина, – У меня ребёнок писать хочет…
– А тут вообще насрано до самого верха! – послышалось с другого конца.
Кто-то печально хихикнул.
– Ничем помочь не могу! – отчаянно взвизгнула проводница, – Как нибудь пристройтесь!
«Дурдом на выезде», – успела подумать я и окончательно отключилась.
Около семи утра мои соседи проснулись и достали из пакетов недоеденные вареные яйца. Шелестела фольга, падали ложки и вилки, гоготала молодая новобрачная, ее муж навис над столом, раскинув руки на верхние полки. Сон улетучился. Я мысленно закатила глаза. Затем, вздохнув, села.
– Звиняйте, – поприветствовал меня новоиспечённый глава семейства. Бодрый, как солдат на плацу.
С трудом нашарив внизу свои кроссовки, которые кто-то запинал в угол, я встала, взяла полотенце и зубную щетку и побрела в сторону туалетов. Там стояла здоровенная очередь.
Минут через сорок я вернулась и заглянула к сыну. Он безмятежно спал, разметавшись под простыней. Его соседи тоже не спешили просыпаться. Картина меня удовлетворила.
Подняла я его через час. Купила у проводницы два чая. Когда мы остановились на какой-то станции, меня одолело смутное беспокойство. Я накинула куртку и пошла разузнать, что это за место.
– Так Москва же! – весело пропела Гюльчатай, – Москва! Скоро едем дальше, в Сухум!
В Сухум мне категорически не хотелось, а хотелось домой, поэтому я влетела обратно и шепотом крикнула сыну, чтобы собирался в бодром темпе.
– А что за станция? – спросил чей то сонный голос.
– Москва, – сказала я.
– Как Москва? – зашевелилось пространство, – Почему Москва? Ещё полчаса до Москвы! А если Москва, то почему никто не обьявил?
Ответа не было. Мой чемодан находился под полкой у соседей сына, молодой пары, тоже спешно собирающейся на выход.
– Можно я возьму свой багаж? – сказала я им.
Ребята подняли полку и я вытащила чемодан. Сын уже стоял в проходе, полностью одетый. По дороге к выходу образовался плотный затор из входящих и выходящих пассажиров. Кто-то пинал чью-то сумку и раздраженно требовал, чтобы входящие не перлись напролом и дали всем выйти, а то абракадабра какая то, и вообще, полный Черкизон.
– Давайте, я пронесу ваш чемодан над всеми! – внезапно сказал мне в ухо сосед-молодожён из моего дурного сна.
Не дождавшись ответа, он поднял чемодан и стремительно вынес его из вагона. Я пошла следом, подивившись граням человеческой натуры. Поблагодарила.
– Не за что! Мы вам спать не давали, хоть так! – он весело шмыгнул носом. – А мы дальше едем, до Волгограда!
Стоя на перроне под дождем я помахала, когда увидела в окне улыбающиеся лица своих неугомонных ночных куроедов.
Вдруг из вагона выскочил молодой человек, сосед сына, и крайне взволнованно кинулся ко мне.
– Вы телефон не видели? Я не могу найти! Он не у вас?
– Зачем мне ваш телефон? - удивилась я.
– Не могу найти! – растерянно повторил он.
– Посмотрите за своей нижней полкой, – сказала я, – Может быть, вы оставили его на ней, когда доставали багаж, и он завалился? Ну, когда полку поднимали…
Сосед метнулся обратно. Через минуту они вышли.
– Ну что? Нашли? – спросила я.
– Почему вы сразу не сказали, что телефон завалился за полку? – возмущённо воскликнула дама.
– Потому что я не видела. Просто сделала логичное предположение, – ответила я, слегка опешив.
Они посмотрели на меня озадаченно.
– Вот так поездочка, да? – спросила я у сына, когда мы остались одни на перроне, проводив глазами уезжающий поезд.
Сын развел руками и засмеялся.
#жизнь #путешествия #поезд #дорожные приключения #петербург москва #дорога #люди #поездки по россии #россия #мы