В октябре 1941 года, в разгар битвы за Москву, в НКВД СССР таинственным образом исчезли тысячи секретных документов и крупная сумма наличных денег – миллион рублей.
Самым тяжелым месяцем военной поры для москвичей выдался октябрь 1941 года. 8 октября началось минирование городских зданий на случай сдачи Москвы, а 12 октября на улицах столицы появились первые баррикады. 16 октября передовые части немцев, прорвав оборону советских войск, подошли к Химкам. До Москвы оставалось всего несколько километров. И хотя прорыв в тот же день был ликвидирован бойцами дивизии внутренних войск имени Дзержинского, среди москвичей быстро распространились слухи о том, что в город вот-вот войдут немцы. В Москве началась массовая эвакуация населения.
В эти суровые октябрьские дни оживились уголовники всех мастей. По городу прокатилась волна грабежей и разбойных нападений. Мародеры сновали по пустым квартирам, забирались в никем не охраняемые предприятия и учреждения, тащили все, что представляло хоть какую-то ценность.
ЭВАКУАЦИЯ АРХИВА НКВД
16 октября 1941 года, когда ситуация на фронте стала критической, руководство НКВД СССР приняло решение эвакуировать из города секретную документацию. Архив был погружен на Лубянке в несколько автомашин. Вместе с секретными документами в одной из машин перевозилась и крупная сумма наличных денег – миллион рублей. Район назначения - запасной командный пункт Ставки Верховного Главнокомандования и отдельный лагерный пункт Измайлово, далее на восток – в район подмосковного Ногинска.
Ехать пришлось по забитым беженцами улицам. Как раз в этот день началась массовая эвакуация из города. Средняя скорость передвижения автотранспорта по Москве – не более пяти километров в час. Машины НКВД буквально продирались сквозь людской поток. К вечеру все автомобили благополучно добрались до Ногинска, кроме одной – где находились наличные деньги и часть секретного архива.
КТО ПОХИТЕЛ СЕКРЕТНЫЙ ГРУЗ?
Первая версия – машину угнали те, кто сопровождал секретный груз, то есть стрелки НКВД Иван Фомичёв и Александр Мосенков. Сделать это в обстановке всеобщего хаоса действительно не представляло большого труда. Да и соблазн был велик: миллион наличных денег. С такими деньгами можно было безбедно жить даже в голодные военные времена, когда продукты на черном рынке стоили недешево.
Исчезновение крупной суммы денег и секретной документации – это ЧП. Особенно когда речь шла о деньгах и документах, принадлежавших такой организации, как НКВД СССР. Неудивительно, что на поиски пропавшей машины были брошены все имевшиеся силы московской милиции. Найти автомобиль, а главное груз, нужно было, во что бы то ни стало, причем очень быстро. В противном случае о происшествии с машиной придется докладывать наркому внутренних дел, а реакцию Лаврентия Палыча Берии предугадать было несложно: виновных расстреляли бы без всяких разговоров.
Машину действительно обнаружили довольно быстро: за городом, на пустыре неподалеку от завода «Компрессор» (теперь это столичный район Перово). Рядом с машиной – два трупа. Оба убиты выстрелами из пистолета. Один из убитых был опознан как стрелок НКВД Александр Мосенков. Личность второго погибшего сразу установить не удалось. Груз из автомашины исчез.
Появилась версия: на машину во время следования было совершено бандитское нападение. Мосенков, спасая машину и груз, погиб в перестрелке. Бандиты тоже потеряли одного из своих. Правда, непонятно было, куда подевался второй охранник – Фомичёв.
А может, на машину НКВД напали не уголовники, а немецкие диверсанты? И целью нападения были не столько деньги, сколько секретные документы НКВД? Осенью 1941 года немецкая разведка действительно пыталась провести серию диверсионных актов в Москве. В город забрасывались группы диверсантов, им помогала местная, завербованная еще до войны агентура.
Правда в деле о похищенном архиве НКВД версию о диверсантах отбросили довольно быстро. И причиной тому стала жуткая находка в Москве-реке возле дома № 1 на Овчинниковской набережной. В мешке, который плавал у берега, местный житель обнаружил тело подростка. Эксперты быстро установили: смерть неизвестного наступила от удушения. На шее парня был обнаружен обрывок пеньковой веревки. А в кармане рубашки – обрывки каких-то бумаг. Несмотря на то, что бумаги были сильно испорчены водой, криминалисты МУРа выяснили: это секретные документы с характерными печатями и подписью начальника Московского управления НКВД СССР Михаила Журавлёва. Вот так в деле о таинственном исчезновении спец.груза появился новый след.
Личность погибшего парня была быстро установлена: Сергей Лютиков, 15 лет. Закончил 9-й класс московской школы № 47. Жил неподалеку от Овчинниковской набережной. К нему домой отправился лично руководитель оперативной группы капитан милиции Игорь Васильев. В квартире в тот момент находились мать погибшего школьника и его сестра. А во время обыска сыщики нашли еще несколько клочков бумаги, исследование которых не оставило сомнений: это остатки секретных документов, которые пропали 16 октября из автомашины НКВД. Теперь осталось выяснить, какое отношение к исчезновению секретного архива имеет семья Лютиковых. Неужели погибший парень как-то связан с немецкой разведкой?
КАК ПРОИСХОДИЛО ПОХИЩЕНИЕ ГРУЗА.
16 октября, на машину НКВД действительно напали бандиты. Одного из них, труп, которого был найден на месте происшествия, вскоре опознали. Им оказался хорошо известный московским сыщикам рецидивист Василий Теплов по кличке Вася Теплый. Еще в начале 1930-ых годов этот Вася совершил несколько грабежей, за что был приговорен к восьми годам лагерей. Отсидев положенный срок, Теплов перед самой войной вышел на свободу, а в сентябре 1941 года объявился в Москве.
С началом военных действий, как известно, заметно активизировались столичные уголовники. Всеобщая неразбериха первых месяцев войны, тотальный дефицит, массовая эвакуация населения и промышленности на восток, относительно свободный доступ к оружию – все это создавало отличные условия для криминала.
Причем, в Москву потянулись уголовники из других регионов страны, а также дезертиры из Красной Армии, рассчитывавшие затеряться в огромном городе и избежать возмездия. Они сколачивались в шайки и банды, совершали нападения на магазины и сберкассы, регулярно обносили и пустующие московские квартиры. Словом, бандюкам в Москве военной поры, было где развернуться.
Вот и Вася Теплый, оказавшись в Москве, решил воспользоваться ситуацией. Правда, первое же серьезное дело закончилось для него не самым лучшим образом: во время нападения на машину НКВД Васю застрелили. Но были ли у него сообщники? На этот вопрос ответ был вскоре найден. Для этого Игорю Васильеву пришлось внедриться в команду карточных шулеров, орудовавших на Тишинском рынке. А затем с их помощью выйти на более серьезных уголовников. Так вот, общаясь с ними, Васильев выяснил: к нападению на машину НКВД никто из московских бандитов не причастен. На эту авантюру отважился только Вася Теплый. Остальные его коллеги предпочли не связываться. А значит, к похищению груза причастен второй охранник – Фомичёв, который таинственно исчез, и которого упорно ищет вся милиция Москвы.
Застрелив напавшего на машину бандита, Фомичёв бросился было к своему раненому товарищу – Мосенкову. Но тут взгляд охранника упал на мешок с деньгами. Какое-то время Фомичёв колебался, не зная, что предпринять: то ли перевязать товарища и продолжить путь к месту назначения, то ли сбежать с деньгами. Добив из табельного оружия своего напарника, Фомичёв сгреб мешки с деньгами и документацией и отправился в Москву. Понимая, что его будут искать, домой не пошел, а осел на квартире у старого знакомого. На черном рынке прикупил одежду.
Я ТЕБЕ МИЛЛИОН, А ТЫ МНЕ ЛЮБОВЬ.
Еще до войны Фомичёв неоднократно подкатывал к Ирине Лютиковой, это была его давняя любовь, но всякий раз получал отказ. И вот теперь, будучи обладателем миллиона рублей, решил возобновить свои попытки.
Явившись к Лютиковым, Фомичёв застал дома всю семью: саму Ирину, ее мать и брата-девятиклассника. Бросив к ногам возлюбленной толстую пачку денег, Фомичёв начал объясняться девушке в любви. Он нисколько не сомневался, что против такого аргумента, как миллион, Ирина не устоит. Но девушка опять не проявляла никакого интереса ни к самому Фомичёву, ни к его деньгам. А тут еще брат Ирины заметил, что пачка денег обернута в какой-то документ с печатями. Смышленый школьник с удивлением поинтересовался, откуда у Фомичёва секретные документы с печатями НКВД. Фомичёв понял, что в случае чего парень не станет держать язык за зубами, и решил устранить опасного свидетеля.
Мать Ирины в разговоре случайно упомянула о том, что в доме нет ни крошки хлеба. Тогда Фомичёв вызвался сходить в соседний магазин и предложил Сергею составить ему компанию. Подросток согласился. По пути Фомичёв затащил школьника в ближайшую подворотню, задушил веревкой, а тело затолкал в мешок и ночью, в темноте, бросил в реку.
Пока Фомичёв отсутствовал, в квартиру к Лютиковым и явились муровцы во главе с Игорем Васильевым. Провели обыск, допросили хозяев и ушли, разминувшись с Фомичёвым буквально на несколько минут.
Вернувшись к Лютиковым посреди ночи, Фомичёв снова начал приставать к Ирине. За дочь вступилась мать – Нина Петровна. Фомичёв задушил и ее. Причем, на глазах дочери. От всего пережитого у Ирины помутился рассудок, на какое-то время девушка потеряла сознание. Очнулась она в каком-то заброшенном помещении, напоминавшем воинскую часть. Это был отдельный лагерный пункт в Измайлово, тот самый, где служил Фомичёв. К тому времени пункт был эвакуирован, помещения стояли пустыми. Вот туда преступник и притащил барышню, надеясь, что Ирина передумает и согласится быть с ним. Два дня Ирина Лютикова провела на холодном полу со связанными руками и с кляпом во рту. А Фомичёв ходил вокруг девушки, бросал ей пачки денег и уговаривал выйти за него замуж. За этим занятием его и задержали московские сыщики во главе с капитаном Васильевым…
За убийство трех человек и хищение в особо крупных размерах стрелок НКВД Иван Фомичёв был приговорен к расстрелу. Из похищенного миллиона вернуть государству удалось 900 тыс. рублей – остальное преступник успел растранжирить на шмотки и еду. Часть секретной документации бесследно пропала: опьяненный деньгами и страстным влечением к Ирине, Фомичёв, не отдавая себе отчета, использовал документы в качестве оберточной бумаги.
А вот дальнейшая судьба Ирины Лютиковой, которая в один день лишилась матери и брата, сложилась вполне удачно. Она дождалась своего жениха с фронта, вышла замуж. Они прожили долгую счастливую жизнь. Кстати, муж Ирины после демобилизации из армии пошел служить в милицию и вместе с коллегами из МУРа очищал Москву от расплодившихся за годы войны уголовников.