Будучи кочевым народом, скифы ненадолго останавливались в Крыму и на севере Черноморского побережья. Сумев создать мощное государство, они вошли в историю как завоеватели Передней Азии. В III столетии скифов начали теснить сарматы, близкие им по месту жительства, происхождению и традициям. Древнегреческий историк Геродот первым представил подробное описание жизни и быта кочевых народов Причерноморья. Не избежав сравнения традиций скифов и сарматов, великий историк приписывал различным народностям единые нравы и одинаковую одежду.
Этническое название «сарматы» обозначает своеобразную народность, населявшую неведомые для древних греков и римлян пространства сегодняшней России, в частности Приуралье. В «Истории» Геродота сказано, что сарматы жили «по ту сторону реки Танаиса (Дона) и Меотида (Азовского моря), там, где нет уж Скифии. Воинственный, дикий, вероломный народ управлялся царями, а иногда царицами». Представителя высокоразвитой культуры потрясла воинственность этих людей, особенно женщин, которые одевались в штаны и куртку, как мужчины, почти не покидали седло, ездили на охоту и воевали не только вместе с мужчинами, но и одни. Отправляясь на войну, ратницы надевали рубаху поверх длинного, просторного платья без рукавов. Головной убор женщин несколько отличался от мужского: длинные черные волосы покрывались высокой заостренной повязкой. Воинственность сарматских женщин происходила из традиции выходить замуж после того, как голова хоть одного врага падет под их мечом.
Скифский воин
Согласно рассказам грека Павсания, «сарматы не знали серебра и железа, оттого наконечники стрел и копий изготавливали из кости. Кочевники не строили ни домов, ни городов, а жили в войлочных шалашах, которые передвигались на телегах. Одевались они в зимней куртке в плащи без рукавов и шаровары, зимой покрывая голову высокой остроконечной шапкой, почти закрывавшей глаза. Обычной их пищей была конина и весьма полезное для здоровья месиво из муки с молоком и конской кровью».
Материалист Гиппократ изучал жизнь степных кочевников с медицинской точки зрения, потому смог заметить немного больше Геродота: «Сарматские женщины ездят на лошадях, стреляют из лука, мечут дротики, сидя на лошади, и сражаются с неприятелями, но только до замужества. По выходе замуж они перестают ездить верхом, за исключением случаев, когда всему народу поголовно приходится выступать на войну». Не сумев убить врага, женщины оставались девственницами до старости. У всех женщин нет правой груди, потому что вскоре после рождения девочкам выжигали грудь раскаленным медным орудием, и она не росла, а вся сила переходила в правое плечо».
Рассказы о сарматских женщинах позже легли в основу легенды об амазонках – смелых воительницах, вступавших в близкие отношения с мужчинами только для продолжения рода. Античные скульпторы изображали амазонок в привычном для себя образе, оставляя зрителя размышлять, насколько удачлива в бою томная красавица в складчатых одеяниях. Современные толкования этой легенды более реалистичны: суровое азиатское лицо, мощная фигура с широкими плечами, перевязанные лентой длинные черные волосы и удобная одежда из кожи и меха.
Кочевой быт позднего периода существования сарматского народа описан в сочинении римского путешественника Аммиана Марцеллина, побывавшего в причерноморских степях в IV столетии: «С детства привычные к верховой езде, они почитают бесчестьем ходить пешком. Они не имеют домов, не занимаются хлебопашеством, кормятся мясом и молоком. В повозках, крытых лыком, они кочуют по беспредельным равнинам. Когда пастбище истощится, двигаются дальше в своих передвижных городах, в которых родятся и воспитываются дети, совершаются браки и все иные житейские дела». В том же IV веке сарматы погибли под натиском гуннов.
