И ничего, из седла не вылетел и на каменистую грунтовку не упал, и даже, как мне самому казалось, держался в седле хорошо

Аглая свою недавнюю угрозу выполнила, отправив меня из усадьбы верхом, на все той же смирной гнедой кобылке, которую звали Зорькой, то есть без всяких претензий на оригинальность, на которой я сегодня проходил «курс молодого кавалериста». Тимофей, как обычно бестолково, надавал всяких инструкций по «обслуживанию и сбережению», после чего распахнул мне ворота, в какие я и выехал шагом. Поначалу так шагом к городу и ехал, решив не испытывать свои новоприобретенные умения на прочность, но потом такая неторопливость наскучила, и я пустил лошадь сначала в галоп, а потом придержал ее до рыси. И ничего, из седла не вылетел и на каменистую грунтовку не упал, и даже, как мне самому казалось, держался в седле достаточно прилично, не напоминая на взгляд со стороны вскарабкавшуюся на забор собаку. Но это все же мое предположение, комментариев со стороны я не слышал, просто сделал такое заключения исходя из того, что на меня не оборачивались и больших глаз никто не делал. По пути даже позволил себе остановиться у закрывавшейся кондитерской, купил там коробку печенья, слоеного, сильно пахнущего корицей. А потом, спохватившись, заскочил еще и в лавку «Одежда и обувь», купил там пару белых сорочек из тонкого полотна, «выходной» жилет и новые бриджи, еще одни, на смену. «В свет выходить» завтра, надо соответсвовать. Ворота усадьбы «тети Насти» открыл невысокий мужик с частично выведенной татуировкой на лице. Насколько я помнил, Тетя Настя о нем упоминала, это был какой-то отбившийся от своего племени «негр», перебравшийся по своей инициативе в «христианские земли» и осевший в том самом «Черном квартале». Вполне осознанно приняв христианство, он тут обзавелся семьей и теперь пробавлялся работой конюха и садовника сразу в нескольких хозяйствах. Его тележка с инструментами, с впряженным в нее задумчивым серым осликом, стояла во дворе. Насчет использования конюшни я с Тетей Настей договорился заранее, так что проблем с местом для кобылы не было. Обтер, завел в денник, закрыл калитку, оставив Зорьку наслаждаться покоем в компании серого мерина Дымка, который возил коляску Тети Насти. Подумалось мне, что с велосипедом возни было бы куда меньше, но затем я вспомнил, что дорога к поместью Аглаи из города идет все время в гору. И дорога неблизкая, вполне олимпийская дистанция. И если сделать еще поправку на зной, то лошадка резко в плане предпочтений выходит на первый план, она хоть сама идет, педали крутить не надо. О как… не так все просто в этой жизни. Вода в крашеном в черный цвет баке, куда я накачал ее еще с утра, нагрелась за жаркий день, так что душ получился что надо, вылезать из-под него не хотелось. Помылся, переоделся в домашнее, выдавил себе несколько апельсинов, перелив густой желтый сок с мякотью из кувшинчика в стакан.