Несколько дней я находилась дома. Лежала на диване, сжавшись в позе эмбриона, зажав уши руками, стараясь дышать как можно тише. Не хотелось никого не видеть и не слышать. Поскорее бы вытеснить нахлынувшие эмоции и не позволять себе ничего чувствовать: «Как же я была слепа, не замечая поразительную двуличность: учтивая изысканность - для публики, а привлекательная внешность для маскировки тёмной стороны души...» Я сбежала, чтобы наконец-то освободиться от этих оков разрушающих отношений. Больше так не могло продолжаться. Он ужасный человек, прекрасно знал и играл на человеческих слабостях в своих интересах. По его вине страдали невинные люди, а ему это доставляло удовольствие. Когда я у него спросила зачем он это всё делает, то он, сделав невинное выражение лица, отвечал, как бы не при делах: «Так было нужно. Я всё правильно сделал. Верь мне.» Впрочем, после губы складывались в хищную улыбку. Вот так я и верила, надеялась, помогала во всем. Погрязла в нем настолько, что забыла о своей г