Стоит привести характерный этюд на известной встрече Ангелы и Владимира в Сочи в 2007 году. Во время официальной фотосессии у камина в "Бочаровом ручье", в кадре неожиданно появился лабрадор Кони. И все заметили, как присутствие большой собаки напрягло фрау Меркель. Было видно как она мобилизует самообладание, пытаясь ответить шуткой на обращение Путина - не смутил ли ее личный пес президента? «Хорошо, если он начнет перекус с журналистов…», - нашлась тогда Ангела.
Знал ли Владимир Владимирович о давней фобии Меркель, ее страхе перед большими собаками? Наверняка знал. Но не нам вникать в замысловатые исторические тонкости, когда политика выстраивалась на деликатной красоте нюансов…
Кто сейчас вспоминает
Герхарда Шредера, Терезу Мэй и Барака Обаму? А ведь высшая государственная власть – это верх мыслимых карьерных достижений. Тем не менее, даже в лидирующей, развитой стране «мирская слава» обычно проходит до обидного скоро и бесследно.
И вполне понятно, что для политика, в свое время выигравшего главную гонку жизни и достигшего высшего эшелона власти, имеет значение уже то, как его «проводят в историю». Канцлер Меркель в этом отношении – вполне счастливый феномен.
Но одно дело, когда ты продолжаешь привлекать внимание редкой харизмой даже после официального ухода с поста. Важнее же то, что завершение такой деятельности вызывает существенные тревоги за расстановку сил в европейском будущем.
При всем немецком консерватизме,
будучи признанным авторитетом для западной демократии, Меркель никогда наглухо не отстранялась от России. В отличие от абсолютно всех других европейских лидеров!
Благодаря ей мы избавлены от лишнего русофобского барьера. Причем такой барьер был бы куда более пагубным для России, чем множество имеющихся мелких «колючих изгородей» по типу прибалтийских.
Даже в теории трудно себе представить германского политика, имеющего столь плотное касательство к русской действительности.
Вы удивитесь, но в ранней юности Меркель (тогда еще Каснер) была фанаткой многого, что касается России. Ее интересовали известные русские имена в истории, литературе, советские достижения в науке, космосе и т.п.
Надо понимать, что Ангела подрастала в реалиях ГДР, была обычной немецкой пионеркой. А это – мир, дружба с советскими школьниками. Схожие взгляды на загнивающее западное «буржуинство».
Ей, видимо, очень хотелось побывать на родине Ленина, Сталина.
Ибо не каждая гэдээровская девчонка способна выиграть олимпиаду по русскому языку. Это требует искреннего желания и интереса. Вот в качестве приза, Ангелу и направили в Москву.
А позже она приезжала в Донецк, чтобы пройти русскоязычную практику в здешнем университете. И уже отсюда сама неофициально снова отправилась в Москву. А затем даже в поездку по сталинским местам в Советскую Грузию! Неожиданно, не правда ли?
В юности Ангела конечно же не строила планов заниматься какой-либо политикой. Она была нормальной студенткой, училась на физика в Лейпцигском универе. И со своим будущем мужем познакомилась тоже по-студенчеству. Удивительно, что они, немцы, вместе оказались в Москве по программе образовательного обмена. То есть, снова в очередном знаковом событии жизни - Россия.
Не удивительно, что есть эксперты, уверенные в том, что политическая карьера Меркель – проект КГБ. Ну не могла симпатизирующая Советскому Союзу, способная немецкая студентка не попасть в поле зрение заинтересованных спецслужб!
Вокруг выраженного политического тандема Меркель-Путин витает немало красивых конспирологических домыслов. Это вызвано, видимо, некоторой интерференцией политического взросления. Здесь «зеркально» задействованы взаимные интересы этих ровесников странами друг друга в 70-е годы. Путина влекла романтика службы в ГДР именно тогда, когда Меркель очаровывалась Советской действительностью и историей…
Как бы то ни было, карьера Меркель в Германии состоялась в лучшем виде. И на фоне многих и многих серых и скучных логофетов, эта женщина наполнила свой управленческий период более свежими красками.
Меркель умеет мягко, но убедительно отстаивать свою позицию. В Германии немыслим мягкотелый лидер, и в Ангеле, разумеется, течет тевтонская кровь. Но при этом Меркель – либерал до мозга костей. Это сочетание «эластичной прочности» – пожалуй, наиболее точно описывает ее стиль в высшей политике.
При таком искусстве выравнивать диспозицию, отношения с Россией в исполнении Меркель могли бы выглядеть парадоксально стабильными. Если бы не гипертрофированное неприятие любых намеков на авторитарность в политике. «От радикальной слепоты нас предостерегает собственное историческое прошлое», - не устает повторять Ангела.