С Жанной я познакомилась совершенно случайно, во время ожидания рейса в аэропорту. Миловидная невысокая женщина с веселыми морщинками вокруг глаз, в ожидании рейса с грустью смотрела на суетящихся пассажиров.
Моя 10-тилетняя дочь, тоже обратила на нее внимание, а потом протянула бутерброд. Незнакомка улыбнулась, причем ее глаза так и остались наполненными печалью. За три часа, ожидая посадку, мы разговорились. Она летела, чтобы проводить своего отца в последний путь, после двадцати семи лет разлуки. Проститься, и постараться простить его, за то, как повернулась ее жизнь.
Отец был всегда строг с ней, хотя будучи ребенком, она и так не доставляла особых хлопот. Однако, боясь за репутацию семьи, мужчина всегда наказывал ей, чтоб так говорится «в подоле не принесла». Какие мальчики - учиться нужно, родителям помогать, ведь кроме нее в семье росли еще две сестры и брат.
Ну, так получилось, что перед самым окончанием школы, девчонка вдруг влюбилась, да так, что обо всем забыла. Парень был старше на 4 года, вот она и соврала, что ей не 17, а 19 лет. Стала бегать на свидания, родителям же говорила, что готовится к экзаменам.
Потом когда поняла, что беременна, растерялась, рассказала маме. Мама же у нее была спокойной, тихой женщиной, мужу никогда не перечила, поэтому первое, что пришло ей в голову, это тихонько сделать аборт, хотя и срок то был уже большой. Однако едва, молодой человек узнал о положении своей юной подруги, то сразу сделал ей предложение, о чем она и собралась сообщить отцу.
Не успела, да и жених больше не пришел. Слишком торопился сообщить своей маме радостную весть о своей скорой женитьбе, вот и занесло мотоцикл на повороте.
Когда девушка узнала о его гибели, то была словно не в себе от горя. Пришла домой, плакала, не замечая ничего вокруг. Очнулась лишь тогда, когда кто-то сильно тряхнул ее за плечи. Она подняла глаза и встретилась взглядом с отцом, и в тот момент слова так и посыпались. Она рассказала обо всем, в надежде получить поддержку и сочувствие, но видела, что с каждым ее словом, отец хмурится все больше.
Он ударил ее только раз. Просто ослабевшая от горя, она не очень удачно упала. Очнулась в больнице. Тишина. В руке капельница. Потом врач – пожилой мужчина в белом халате сказал, что детей у нее не будет. Никогда.
Потом приходила мама. Она держала ее за руку и с дрожью в голосе просила, чтобы в милиции сказала, что упала сама. Просто голова закружилась, и она потеряла сознание, с женщинами в положении такое бывает. Если она так не скажет, то отца – единственного кормильца, посадят.
Отец не пришел ни разу. Он просто вычеркнул ее из своей жизни.
А когда, выписавшись из больницы, девушка вышла, на лавочке ее ждала мать с вещами, уложенными в небольшую клетчатую сумку. Она сунула ей в руки скомканные купюры и, опустив глаза, сказала, что ей лучше не приходить домой, а начинать самостоятельную жизнь.
Сначала Жанна устроилась мыть подъезды и сняла угол у старушки, которая лежала с ней в одной палате. Через год поступила в медицинский институт, устроилась санитаркой с отделение.
И вот уже много лет она лечит детей. Она решила, что если своих ей иметь не суждено, то ее будут окружать чужие дети.
Чуть больше года назад, одна из сестер сообщила ей, что отец болен, и хочет ее видеть. Он знает, что ему осталось недолго, и поэтому хочет выпросить у нее прощение за свой поступок. Жанна отказалась поехать тогда, так как ей до сих пор было больно, она не могла простить отца за свою сломанную жизнь.
А теперь она едет, чтобы проститься, а возможно, и простить.
После рассказа мы надолго замолчали. Я не знала, что сказать, да и этой женщине сейчас не нужны были мои слова, какими бы они ни были. Потом у нее объявили посадку. А я до сих пор не представляю, можно ли простить подобный удар, особенно от родного человека.