– Нет никакой ненависти.

Большинство тех ребят просто выполняют свою работу, а некоторые из них – с нами. – Ладно, – кивнула я и бросила дротик на стол. – Шлемы нашел? – спросил Тони. – Ага, Генри скоро принесет, – ответил Гейб. Адди взяла со стола один из пистолетов, вставила дротик и принялась внимательно изучать оружие. Увидев это, Гейб тут же метнулся за диван. – Не бойся, человек, – усмехнулась она. – Я знаю, как обращаться с пистолетом. – Гейб, – поправил он и переменился в лице, когда она прицелилась в стену за Зиком. – Выйди из-за дивана, Гейб . Я не собираюсь в тебя стрелять. Пока не напросишься. Он вышел из укрытия и осторожно потянулся за пистолетом: – Я просто возьму. Закатив глаза, Адди протянула ему оружие, и я весело глянула в ее сторону. – Эй! – послышался голос Десмонда; я обернулась. Он шлепнул в миску черпак не пойми чего. – Ужинать будешь? – Да, спасибо. – Тогда иди и ешь. Я поспешила в кухню и заглянула в миску. Там было что-то типа рагу. Поднося ложку ко рту, я с благодарностью посмотрела на Десмонда. Не ожидала, что меня еще раз накормят. – Я был лучшего мнения о малых номерах! – воскликнул в гостиной Гейб, и я увидела, что Адди приставила к его груди пистолет с транквилизатором. – Адина, кончай мучить Гейба, – хохотнул Тони. Я чуть не прыснула от смеха, но натолкнулась на испепеляющий взгляд Десмонда. С трудом я проглотила то, что было во рту, и утерлась. Весь вечер он был угрюм, молчалив и нашего плана явно не одобрял. – Зачем ты помогаешь, если не хочешь? – спросила я. – Разве я не сказал, что помогу? – отозвался Десмонд. Он собрал свои каштановые волосы в короткий хвост, и скулы теперь резко выступали. Симпатягой он не был, даже когда находился в хорошем настроении. – И выглядел очень довольным. В ответ я получила лишь еще один яростный взгляд. Я прикинула, не поесть ли в другой комнате, но у меня накопилось слишком много вопросов. Он не боялся меня, но ненавидел лишь немногим меньше, чем среднестатистический человек. – Но зачем вообще помогать, если ты нас ненавидишь? – надавила я. Он протяжно выдохнул и прислонился к стойке. – Нет никакой ненависти. Просто я не верю, что ты не вернешься и не перебьешь нас. По мне, так оправданная тревога. – Поэтому ты захотел рискнуть и выпустить всех? Некоторое время он молчал, сунув руки в карманы джинсов. – Несколько лет назад это уже обсуждалось. Когда мы решили, что для успешной борьбы с КРВЧ рибуты должны бежать, нашлись такие, кто подумал, что вам захочется истребить нас поголовно. – Ах вот оно что. И ты согласился. Он откашлялся: – Может, самую малость. Но тут вмешался Тони: давайте, мол, спасем одного, потолкуем без слежки КРВЧ и выясним, чем они дышат. Так мы и сделали. – И… что же было с этим рибутом? Понравился? – Нет. Или… да черт ее знает! Она сидела в гостиной и ревела. Ни слова нам не сказала."