- Ирочка, ты как-то говорила, что хотела бы пойти работать в свободное от школы время? - спросила Анна Владимировна, когда в очередной раз кормила девочку обедом.
- Да, тётя Аня, хотела бы, но куда меня возьмут?
- Знаешь, я давно хочу взять помощницу по хозяйству. Самой уже трудно бывает справляться, да и времени нет, я же ещё и работаю на дому, ученики приходят. Вот я и подумала, что, может, ты согласишься стать моей помощницей? За продуктами иногда сходить, пропылесосить... А я буду тебе зарплату платить.
- Тётя Аня, что вы! Да вы и так мне помогаете всё время! И кормите, и продукты даёте, я вам и так помогать могу, бесплатно!
- Нет, Ирочка, ты не отказывайся. Я всё равно хотела нанять кого-то, так пусть это будешь ты. Только никому об этом не рассказывай, ты же ещё ребёнок и по закону не можешь работать. Это будет наш с тобой секрет. Даже маме ничего не говори.
Ирочка расплакалась и кинулась обнимать Анну Владимировну.
- Тётя Анечка, спасибо вам, какая же вы хорошая, как бы я хотела иметь такую бабушку.
Анна Владимировна гладила Иру по волосам и тоже плакала.
- Но давай договоримся, - сказала женщина после того, как они обе успокоились, - сначала ты будешь делать уроки, а только потом приходить ко мне. Учёба должна быть на первом месте!
- Конечно, я обещаю!
Теперь Ира каждый день после школы делала уроки и спешила к Анне Владимировне помогать по хозяйству. Женщина не нагружала её работой, давала лёгкие поручения, с которыми бы справилась и сама, но ей важно было помочь девочке так, чтобы та не чувствовала себя обязанной.
Благодаря помощи Анны Владимировны Иринка могла покупать недорогую одежду и продукты. Света даже не интересовалась откуда в доме появляется еда, а у самой Иры новые вещи. Впрочем, она знала, что девочка часто бывает у соседки и решила, что та и помогает Ире.
Угрызений совести Света не испытывала. Она по-прежнему активно пыталась устроить личную жизнь, да вот только её кавалерам до прекрасных принцев было очень далеко...
- Где она таких уродов находит? - спросила как-то Анну Владимировну соседка Марина, жившая этажом выше, - ведь такая видная была, приветливая, ухоженная, когда с Алексеем жила. И не пила совсем. А теперь с кем попало втречается, опустилась...
- Не знаю, Мариночка, сама не понимаю. Знаю только, что алкоголь - страшное зло. Пыталась Света после смерти Алёши горе своё залить, и пристрастилась... Я с ней столько раз разговаривала, достучаться пыталась, дочь ведь у неё растёт... Да бесполезно, не слушает, дерзит...
- Эх, Ирочку жалко... Каково ей с такой матерью жить... А может в опеку обратиться?
- Не нужно, Марина. Они же сразу Ирочку заберут от такой матери. А Иринка в детский дом не хочет. Ты не волнуйся, Ира у меня чаще находится, чем дома. Она мне как внучка теперь, детей-то Бог не дал... Мне только в радость заботиться о девочке. Да и всё надеюсь, что, вдруг, образумится Светка, ведь неглупая она, я же её хорошо знаю, английский в её классе преподавала. Не верится мне, что человек вот так легко может свою жизнь под откос пустить...
- Ой, тётя Аня, добрая вы душа. Но я не верю, что Светка образумится... Ладно, до свидания.
- До свидания, Марина.
Вечером, когда Анна Владимировна собиралась ложиться спать, раздался настойчивый дверной звонок. Женщина поспешила открыть.
За дверью стояла зарёванная Ира.
- Тётя Аня, маму на скорой увезли... - рыдая, сообщила девочка.
Через несколько минут, когда Ира, выпив воды, немного успокоилась, Анна Владимировна попросила её рассказать, что случилось.
И девочка рассказала следующее.
Она была в гостях у подруги, домой вернулась почти в девять вечера. Войдя в квартиру, услышала какие-то хриплые звуки из ванной. Зашла туда и увидела свою маму, лежащую на полу...
Девочка быстро сообразила, что нужно вызвать скорую.
Скорая диагностировала у женщины отравление, скорее всего некачественным алкоголем, Светлане промыли желудок и увезли в больницу.
- Мне страшно, тётя Аня, мама не умрёт? - всхлипывая, спросила Ира.
- Успокойся, моя девочка, я думаю, что ты вовремя успела вернуться и вызвать скорую, - ответила Анна Владимировна, обняв испуганную девочку.