Эрик, тебе пора приготовить гарпун.

— Из всех мест, где он мог бы оказаться в океане, почему людовициан выбрал именно это? — Может, его здесь и нет, — сказала Скаут. — Может, бочка плавает сама по себе. — Эта бочка плавает там не потому, что людовициан умен, — сказал Федорус, — она там плавает, потому что он туп. Скаут, не могла бы ты подвести нас поближе? Эрик, тебе пора приготовить гарпун. — А еще, — сказала Скаут, не двинувшись с места, — мы кренимся. — Это просто поразительно. — Доктор уставился в море, так стиснув леер, что у него побелели костяшки пальцев. — Неужели вам так трудно поверить, что я знаю, что я делаю, знаю, что происходит? Как я совсем недавно говорил Эрику, эта концепция — стара и нуждается в техническом обслуживании. Я могу обещать вам обоим, что «Орфей» будет в порядке. Так что будьте добры, занимайтесь своими делами. Все по местам! Менее всего нам теперь нужны были препирательства, поэтому мы сделали так, как нам было велено: Скаут поднялась на палубу, я взял гарпун и проверил, по-прежнему ли прочно подсоединен кабель к задней панели ноутбука мистера Никто. Фидорус поднял якорь. Двигатель с рычанием пробудился к жизни, подняв рябь на утреннем окоеме морской тишины. — Осторожно! — крикнул доктор. — Полегоньку и не спеша — будет в самый раз! «Орфей» заскользил по зеркальному морю курсом на бочку. С гарпуном в руке я проковылял обратно к ограждению левого борта и присоединился к Фидорусу. Бочка плавала прямо перед нами, футах в четырех от борта лодки, слегка покачиваясь на мелких волнах. «Бурр-бурр, бурр-бурр». — Вы что-нибудь видите? Он там, внизу? Фидорус помотал головой: — Я его не вижу, но он там. Из скобы на стенке рубки он вынул длинный футшток с крюком на конце. — Что вы собираетесь с этим делать? — Вытащить на борт линь, идущий от бочки, и отвязать его. Подцепив линь, мы сможем выбирать его с помощью лебедки, — доктор перегнулся через борт над водой, прицелившись над леерами, словно игрок в бильярд, и вытянув перед собой футшток, — и, если повезет, вытащим людовициана на поверхность. Я снова почувствовал, что ноги заставляют меня пятиться к каюте. Доктор тянулся и тянулся, одной ногой стоя на цыпочках на палубе, рукой цепляясь за поручень, а другой протягивая футшток. Раскачавшись, он сделал выпад, но промахнулся мимо троса, и крюк на конце шеста ударил в бок бочки с громким металлическим звуком: «чу-унг!». — Осторожно! — непроизвольно вырвалось у меня. По-прежнему распростертый над бортом, Фидорус повернулся, чтобы посмотреть на меня, и готов был что-то сказать, когда бочка, внезапно дрогнув, выбросила из воды целый фонтан брызг. Доктор подпрыгнул, выронив свой багор и едва не потеряв равновесие. Я бросил гарпун на палубу и метнулся вперед, чтобы схватить Фидоруса и оттащить его от борта. — Что это было? Доктор высвободился из моих рук и обернулся, чтобы увидеть, как бочка уносится прочь от нас. — Скаут, спустись и привяжи еще один гарпун. Эрик, тебе придется вести лодку. Ну-ка, вы оба, пошевеливайтесь. Сейчас мы догоним эту чертову акулу. Я на одной ноге запрыгал к трапу навесной палубы, а Скаут тем временем сбегала от штурвала. — Давай вперед! — крикнула она. — Понял? — Понял. — Ключ в замке зажигания. Она быстро чмокнула меня в щеку и была такова. Я взобрался по трапу, доковылял до штурвала так быстро, как только позволяла боль, стрелявшая в распухшем колене, нашел ключ и повернул его. Двигатель «Орфея» громыхнул, набирая обороты. Я на пробу толкнул вниз рукоятку коробки передач, и из выхлопной трубы вырвался столб черного дыма. Лодка устремилась вперед, и я рулил, направляя ее вслед уносящейся прочь бочке. На палубе появился Фидорус со своим ружьем, он взял у Скаут гарпун, а она принялась привязывать его к другой бочке. Старик взобрался на носовую площадку, повернулся и помахал мне рукой: — Жми, приятель, нам надо подобраться ближе. Мы рассекали волны, и воздух хлопал и молотил меня по лицу, а ворот рубашки елозил по обожженной на солнце шее. Я толкнул рукоятку дросселя еще ниже, и двигатель издал такой звук, какого можно было бы ожидать от большого животного, начинающего впадать в панику. Впереди бочки поверхность пробило что-то еще:"