- Нанещю… нанешу… нанесю… Как вы сказали?
- «Нанесу визит».
Сева, а, может, тебе в журналистику пойти? Ну нет, куда там! Сева хочет стать лётчиком!
Севины мечты – моя головная боль. Хотел Сева в Марианскую впадину погружаться, я в мечтах погружалась перед ним, фонариком ему путь освещала.
Хотел Сева дрессировщиком пеликанов стать, - я для него самого уже рыбку в сумочке наготове держала.
Купила мать тур в Арабские Эмираты, - нужен был срочно туристический английский. Мать первым делом попросила меня научить Севу, как будут «весы» и как сказать: «Я хотела бы взвеситься» и «Где я могу взвеситься?»
Теперь нужен авиационный английский. В следующем году поступать. А то лётчик не знает, как будет «самолёт». Я кучу разных видео с лётчиками действующими, бывшими и будущими пересмотрела – так в роль вжилась, что чуть не сказала маме: «Ты только не забудь в носу оксолинкой помазать. Проснёшься – меня не будет. Я же завтра улетаю».
Репетирую бархатным баритоном: «Я много читал о вас. У вас самый молодой и самый большой в стране… да что там в стране – в мире! - парк «Боингов». Работать у вас было бы большой честью для меня. Быть одним из вас!.. Летать с вами в одном небе!..».
Только это всё Сева говорить должен! Не я. Да и не только говорить. Разглагольствуйте тут, на земле. Поступайте тогда в театральный, в литературный, на филфак!.. А в авиации - говорить – дело десятое. И английский тоже. Не прошёл медкомиссию, английский тебя не спасёт. Знаешь? Ну и отлично. Болтай себе на земле, переводи, преподавай.
У меня дядя Володя мечтал когда-то работать в полиции. (Тогда она ещё была милицией). Он не просто так на ровном месте захотел, не лёжа на диване, не за поеданием пиццы: он, между прочим, карате занимался, добровольным помощником милиции был.
Однажды, купила ему бабушка новую рубашку, он домой приходит – рукав оторван. А это они пьяного задерживали.
Но всё равно в милицию дядя Володя не прошёл. По состоянию здоровья. Померили давление – повышенное. И всё. Оно у него всю жизнь такое, видимо. Он этого никак не чувствует и внимания не обращает. Но цифры есть цифры. Завернули его. Ну, может быть, и к лучшему.
Сева, чувствую я, станет самым выносливым лётчиком в истории мировой авиации. Один день отучился - на три недели заболел. Насморк. С насморком лётчики не летают.
В каникулы Сева ко мне никогда не ходит. Каникулы – это святое. В каникулы даже лётчики не летают никогда. В день рождения друзей Сева тоже ко мне не ходит. В дни рождения друзей никакие лётчики точно не летают! Они ходят. В KFC.
Моя мама говорит:
- Ты его хотя бы песне научи.
- Какой песне?
- «Первым делом, первым делом самолёты. Ну а девушки? А девушки потом». А то спросят его там: «Что первым делом – самолёты или девушки?» А он ответит: «Конечно, девушки!»
И всё – «Вы не проходите по психотипу».
Ну вообще я смотрю, у Севы какой-то прогресс есть. Он раньше, когда приходил и за стол садился, щёку одной рукой подпирал. Одну щёку одной рукой. А теперь уже две щеки двумя руками подпирает. Минуточку! А если трансатлантический перелёт? А если в Австралию? А как же штурвал?! Забыл?
Нет, Сева сможет стать лётчиком, только когда у него будет четыре руки. Две, чтобы подпирать голову, и две, чтобы управлять самолётом.
Ещё у меня есть: "Как хорошо, что меня там не было! Посмотрела фото из ресторана и очень обрадовалась, что отклонила приглашение "коллеги"