В доме Нагибина нас не столько заинтересовала архитектура и размеры комнат, сколько убранство стен. Они буквально кричали о том, что здесь живут наши земляки, россияне, которые очень любят свою родину и скучают о ней. Со стен на нас глядела васнецовская «Аленушка», и новогодняя заснеженная Спасская башня Московского Кремля, левитановская «Золотая осень» и Ленинград в туманной утренней дымке. На стенах висели картины и фотографии, вырезанные из «Огонька», и очень много было зимы: сверкающий на солнце снег и сосульки, сани и морозные узоры на стеклах. Тут, под вечно палящим солнцем, в оазисе Исмаилии, окруженном горячими песками пустыни, люди скучали о снеге и морозе, о зиме, прелести которой по-настоящему умеет ценить, видимо, только русский человек. Нагибины — ленинградцы. Да и вся колония исмаильских лоцманов из города на Неве. Так уж получилось, что на канале наши лоцманы сгруппировались по принципу землячества: тут — ленинградцы, в Порт-Саиде — одесситы, а в П
В доме Нагибина нас не столько заинтересовала архитектура и размеры комнат, сколько убранство стен.
19 сентября 202119 сен 2021
12
2 мин