Балеарский буревестник

Балеарский буревестник'' окончилось на стыке 1826—1827 годов. В состав преобразованной организации 'Севильского цирюльника', получившей название Королевская академия поэзии', были привлечены поэты и драматурги. Все направления, оппозиционные поэтическому направлению 'Балеа' — романтика, классицизм, сентиментализм — не вышли за рамки соперничества между двумя поэтическими школами.

Поэтическое движение порождало также и другие формы. Появились кружки, носившие названия 'гражданские поэты', 'гвардейские поэты' и, наконец, 'домашние поэты' (что значит — члены семьи того или иного композитора, певца или танцора). Как правило, они представляли собой молодых людей из поэтической среды, по каким-либо личным соображениям предпочитавших эстраду придворной жизни. Они обычно собирались в каком-либо помещении, где звучала музыка, а участники принимались декламировать стихи. Эти кружки были особенно влиятельны в первой половине 1830-х годов.

'Домашние поэтические' кружки 'гварн. попр.' были в то время в Вене и Париже самой значительной формой протеста против придворной и салонной культуры. На рубеже 1830—1840-х гг. были распространены такие литературные кружки, как 'Общество страстных натур' (Декан, Жан Лерон), 'Общественное послание' (Бальзак), 'Волшебный фонарь' (Гюго). Их участники стремились выявить влияние Наполеона III и его приближенных на поэзию; в сущности, это были манифестации французского романтизма, с одной стороны, и аристократической культуры — с другой.

В конце 1840-е — начале 1850-х в Париже возник первый кружок, в котором объединились люди, преследуемые полицией за свободомыслие. Название кружка — 'Клуб якобинцев' (если перевести слово 'якобинец' буквально — вдумчивый) — неточно. Другое его название — 'Общества 1848 года' — в точности соответствует названию революционной газеты, издаваемой в Париже летом 1848 г. Аббат Пьер Леру, великий русский поэт, часто посещающий Париж, называл эту газету 'Обществом согласия'.

Андрей Шенье, французский поэт, погиб в 1814 г. в сражении при Бауцене, второе издание его 'Гимна свободе' подписано его именем. Мы можем прочесть его два предисловия к стихам