Впервые странную сущность, впоследствии названную «плоским человеком» (так и пошло гулять это точное, но скучное название из уст в уста), наблюдала в нашем городке купчиха Евдокия Павловна Кулешова. Да-да, из тех самых Кулешовых, которые... Впрочем , вы наверняка знаете.
Случилось явление аккурат перед знаменитой эпидемией холеры. В тот ветреный день Евдокия Павловна возвращалась с рынка в сопровождении служанки. Шли, как тогда было принято в нашей глуши, пешком — чего зря повозку трепать! Народ у нас скуповатый, рачительный. В общем, купчиха вывернула мимо старых кожевенных мастерских на Святоварфоломеевскую (ныне Пирогова), когда впереди показался очень высокий и очень худой господин в цилиндре.
— Гляди, каков гусь! — сказала тогда, кажется, Евдокия Павловна служанке.
Тут случился неожиданный порыв сильного ветра (явление, нередкое в наших краях), и господин вдруг переломился пополам. Выглядело это так, будто согнули лист бумаги.
У купчихи от увиденного случился нервный припадок (в те времена, если помните, это было обычной реакцией на любую неожиданность). Вкоре по городу поползли слухи, заглохшие только благодаря умелым действиям местной полиции. А болтливую служанку Кулешова по совету полицмейстера прогнала.
После этого случая о плоском человеке долгое время ничего не было слышно — до тех самых пор, пока с ним не столкнулся почтальон Желябьев.
Как рассказал известным чинам славный служитель почты, теплым июньским вечером он отправился на речку, чтобы искупаться. Был праздник, и Желябьев решил совершить прогулку. Не возбраняется. За городом Желябьев, никак того не ожидая, встретил чернявого мальчишку, который пускал воздушного змия. Внимательно разглядев этого самого змия, парившего в небесах, почтарь с немалым удивлением узнал в нем образ человека, который летел по небу, раскинув руки, держа конец бечевки в зубах. Заметив Желябьева, человек якобы спустился пониже и погрозил почтальону пальцем.
Желябьев немедленно вернулся в город и рассказал о возмутительно случае своему начальнику, а тот — полицмейстеру.
— Не к добру это, дорогой мой Никифор Аполлоныч, не к добру, — нахмурился глава полиции, отложив в сторону карты.
Собеседник ждал продолжения. Тогда полицмейстер, вздохнув, добавил шепотом:
— Есть мнение, что плоский человек предвещает беду. Как бы чего не вышло!
Действительно, на следующий год началась война. Можно понять полицмейстера, который чуть не поседел, когда в январе 1917 года, аккурат после рождества, ему сообщили, что плоский человек объявился снова.
На этот раз очевидцем выступал инвалид-симулянт по прозвищу Липа. Следуя за полночь по каким-то темным своим делам, вышеозначенный Липа остановился у стены, на которой трепыхался плохо наклеенный плакат военного займа, изображавший русского воина с винтовкой в руках. Липа божился, что воин якобы сошел с плаката, обошел его, Липу, кругом, а потом, укоризненно покачав головой, снова вернулся на колеблемую ветром бумагу.
Полицмейстер, узнав об этом, отправился домой и с порога объявил жене, что выходит в отставку. На закономерный вопрос, с чего это вдруг, он начал путано и торопливо говорить о каких-то плоских людях. Полицмейстера усадили в кресла и послали за лучшим доктором. Старенький доктор, испив чаю, диагностировал переутомление.
Но предчувствие главу полиции не подвело — грянула революция, а затем и гражданская война. Тут такая чертовщина началась, что какой-то плоский человек на ее фоне оказался совсем уж не заметен.
В общем, больше его не видели. А если и видели, то не обратили на это никакого внимания.
---
Ещё рассказы: