– Но я действительно согласен с тобой.

– Ну да, – согласился он. – Я бы рехнулся, если бы потерял тебя. – Наши взгляды встретились. – Но ты все равно была права. Игра не стоит свеч. Я хочу только одного: уйти с тобой, а люди пусть разбираются сами. Какое нам до них дело? Голос его был печален, плечи поникли, и я даже немного взгрустнула по тому прежнему, чересчур оптимистичному Каллуму, пусть он и бесил меня там, в резервации. – Люди никогда не меняют своих убеждений сразу, – заметила я. – И не притворяйся, будто ты можешь вот так сбежать и бросить всех на произвол судьбы. Это не так. – Но ведь ты пострадала из-за меня, когда я убедил тебя остаться, и… – Ничего мне не сделалось, – нахмурилась я. – И я сама так решила. Захотела бы – ушла одна. – Мы оба знаем, что не ушла бы. Уж больно я тебе нравлюсь. Увидев его довольную ухмылку, я прыснула: – Это точно. Он снова погрустнел и опустил глаза: – Но я действительно согласен с тобой. Они ненавидят нас и помогать не станут. – Им страшно, – возразила я. – Они избавились от КРВЧ и хотят просто спокойно жить. Понять их можно. Он посмотрел на меня, не веря ушам: – Ты что же, теперь борешься за права людей? – Я… – Неожиданно мне пришло в голову, что проще всего было бы согласиться с Каллумом и убраться отсюда. Ведь всего несколько дней назад мне хотелось того же. Но сейчас это казалось неправильным. – Я тут подумала, – тихо сказала я. – Накануне того дня, когда Адди подвесили на веревке, она попросила меня о помощи. Я отмахнулась. Мне не хотелось высовываться, и она обиделась. А потом нас обеих сбросили с челнока. – Я посмотрела на соседнюю койку. – Примерно так же вышло с Эвер. Я могла ей помочь, но даже не попыталась. Я занималась обычным делом: выполняла приказы и помалкивала. – В смерти Эвер нет твоей вины, – возразил Каллум. – Знаю. Во всем виновата корпорация. Но это не значит, что меня не мучают угрызения совести. Он коснулся моей руки: – Я не знал. Я ласково погладила его пальцы: – Мне надоело, что КРВЧ заправляет всем и считает, что вправе так обращаться с нами. Когда я наконец оторвала задницу и вступилась за тебя, мне впервые стало легче. Так что за дело. Я готова. Он тихо засмеялся, глядя на меня счастливыми, полными надежды глазами: – Ты уверена? Ведь повстанцы действительно нам больше не союзники. – Давай просто поговорим с ними, – предложила я. – Откажутся помочь – придумаем что-нибудь еще. – Договорились, – кивнул он и сжал мою ладонь. – Но не сию секунду, – добавила я, взглянув на свою грязную одежду. – Мне бы правда сначала в душ. Вода здесь еще есть? – Есть. КРВЧ отрубила электричество, но мы все починили. – Он встал и протянул мне руку. – Гейб привел кого-то из местных, пока мы не улетели. Его ранили в Нью-Далласе, но Тони уверяет, что все обойдется."