Найти в Дзене

– О Михее что-нибудь слышно?

– Когда ты пропала, я собрал рибутов, и мы пошли на город. Вытурили оттуда КРВЧ. И остались здесь, потому что решили, что ты сюда и направишься, если сможешь. – Ну да, я пыталась, – кивнула я. – Знаю. Адди рассказала. – А в каком филиале меня держали? – В Нью-Далласе. Мы попробовали освободить тамошних рибутов, но… – Его лицо исказила болезненная гримаса. – Нас было мало, а люди не поддержали. Замки на дверях открыть не удалось. – С вымученной улыбкой он откинул назад мои волосы. – Но главное, мы спасли тебя, а значит все было не зря. – Неужели все люди покинули Остин? – потрясенно спросила я. – Нет, – помотал он головой. – КРВЧ приказала им отправляться в Нью-Даллас, но многие остались. – Ах вот как. Просто они не захотели спасать рибутов. – Освобождение рибутов больше не входит в круг их главных задач. – Каллум закатил глаза и спрыгнул с койки. – Плевать. Есть хочешь? Я тут кое-что раздобыл внизу в кладовой. – Умираю с голоду. Ничего не ела с тех пор, как мы покинули резервацию. Соск

– Когда ты пропала, я собрал рибутов, и мы пошли на город. Вытурили оттуда КРВЧ. И остались здесь, потому что решили, что ты сюда и направишься, если сможешь. – Ну да, я пыталась, – кивнула я. – Знаю. Адди рассказала. – А в каком филиале меня держали? – В Нью-Далласе. Мы попробовали освободить тамошних рибутов, но… – Его лицо исказила болезненная гримаса. – Нас было мало, а люди не поддержали. Замки на дверях открыть не удалось. – С вымученной улыбкой он откинул назад мои волосы. – Но главное, мы спасли тебя, а значит все было не зря. – Неужели все люди покинули Остин? – потрясенно спросила я. – Нет, – помотал он головой. – КРВЧ приказала им отправляться в Нью-Даллас, но многие остались. – Ах вот как. Просто они не захотели спасать рибутов. – Освобождение рибутов больше не входит в круг их главных задач. – Каллум закатил глаза и спрыгнул с койки. – Плевать. Есть хочешь? Я тут кое-что раздобыл внизу в кладовой. – Умираю с голоду. Ничего не ела с тех пор, как мы покинули резервацию. Соскользнув с постели, я мигом поняла, что зря перешла в вертикальное положение. Ноги дрожали, перед глазами все плыло. Схватившись за край кровати, я медленно осела на пол. – Тебе плохо? Присев передо мной с двумя ломтями хлеба и банкой арахисового масла, Каллум быстро окунул в масло нож, намазал один из кусков и протянул мне. – Все нормально. – Я начала с жадностью есть. – Ты вырубилась в челноке. Я немного разволновался. Тебе же не понадобится антидот? – Он расплылся в улыбке. – Впрочем, наверху еще немного осталось. Можем начать немедленно. – Нет, спасибо, – простонала я. – Со мной все хорошо. Я угостилась всякой дрянью от КРВЧ на всю оставшуюся жизнь. – Хорошо. Но если, мало ли, у тебя возникнет непреодолимое желание сожрать меня, то я сгоняю и принесу. Я со смехом взяла второй бутерброд. – Давай лучше о людях. Насколько я понимаю, вы с ними поладили, раз уживаетесь вместе. Лицо Каллума стало серьезным, он откинулся назад, упершись ладонями в пол. – Не совсем. Повстанцы в ярости от обмана Михея, а большинство остальных, наверное, попросту терпят нас, так как другого выхода нет. Я удивленно вскинула брови: – О Михее что-нибудь слышно? – Нет. По-моему, это плохой знак. Наверняка он что-то замышляет. Хочет отомстить. – Каллум подался вперед и потянулся за очередным ломтем, едва я доела второй. – Думаю, ты права. Нам, скорее всего, придется уйти. – До того, как мы очистим все филиалы? – Вряд ли это возможно. Из-за моего дурацкого плана мы потеряли кучу народа, а людей наша судьба не колышит. Ты была права. – И вовсе не дурацкий был план, – сказала я мягко, беря у него третий ломоть хлеба. – Мне он очень даже помог."