Почему пришел в ужас, когда этого не захотела Рен?

Я слишком хорошо думал о людях, потому что до сих пор смотрел на них прежними, человеческими глазами. Я помнил, как люди относились ко мне, когда я был жив и находился с ними по одну сторону. И забывал о том, что началось после Перезагрузки – крики, агрессия, страх. Почему я хотел их спасти? Почему пришел в ужас, когда этого не захотела Рен? С чего ей хотеть? Пять лет она имела с ними дело и знала, что им нельзя доверять. – Ладно, – сказал я, скрестив на груди руки. – Сегодня ночью мы перебросим в Нью-Даллас всех рибутов, готовых помочь. Разумеется, столько, сколько поместится в челнок. Второй понадобится для новых рибутов. Рили нахмурился: – По-твоему, мы без помех пролетим в город на двух челноках и так же легко уберемся? – Понятия не имею. – Я повернулся к Адди. – Мы обязаны объяснить всем, насколько велика опасность. Они должны понять, что нас могут схватить или перестрелять. Все, кто не захочет рисковать, могут остаться. – Ясно, – отозвалась Адди. – Думаю, многие все равно полетят. В конце концов, это Рен спасла остинцев. – Рибуты из резервации могут упереться, – сказал Рили. – Но готов поспорить, что и среди них найдутся желающие. – Передай им, что я буду в вечном долгу. – Я повернулся к Тони и остальным людям. – И на этом всё. Тони поднял брови. – Когда я вытащу Рен, мы опустошим остальные филиалы – или те, что сумеем. После этого мы уйдем. Желаю удачи с КРВЧ. И если вернется Михей, она вам тоже не помешает. Вы теперь одни. Солнце садилось, я ходил взад-вперед по траве перед большим челноком. Рибуты были уже готовы к полету, а Рили раздобыл еще запас горючего. Из восьмидесяти трех рибутов почти все согласились лететь с нами. Кроме людей, других защитников в Остине не оставалось. Теперь надо было только ждать, и это оказалось тяжелее всего. Минуты тянулись невыносимо медленно. – Каллум. – Адди взяла меня за руку и протянула тарелку. – Тебе нужно поесть. Я покосился на сэндвич. Есть совсем не хотелось, но неожиданно я не сумел вспомнить, когда ел в последний раз. Наверное, еще в резервации. Будь рядом Рен, она бы сказала, что мне понадобятся силы. Я разломил сэндвич и вручил половину Дэвиду, сидевшему на траве рядом с Адди. Он помялся, потом слегка улыбнулся и взял. – Спасибо Гейбу, – заметила Адди. – Это он позаботился вычистить припасы КРВЧ, пока не протухли. – Электричество в филиале отключили несколько часов назад, – сказал Гейб. – Но мы нашли специалистов, и они уже чинят. – Спасибо, – промямлил я с набитым ртом. Гейб плюхнулся на траву рядом с Рили и Адди. Потом покосился на Дэвида: – Твое появление у Тони смутило многих. Дэвид недоуменно взглянул на него и откусил от сэндвича здоровенный кусок. – А что я такого сделал? – У некоторых из них есть дети-рибуты. Они увидели, как запросто ты общаешься с рибутом из своей семьи, и им стало стыдно. – Им и должно быть стыдно, – буркнул я. – Правда, они не одни такие. Наши родители в нашу последнюю встречу тоже только и делали, что вопили. – Теперь они хотят увидеться с тобой, – вскинул голову Дэвид, посмотрев на меня с надеждой. – Утром еще раз сказали об этом. – Тогда пусть приходят."