Когда в апреле этого года я узнала о возвращении oнko, то первое, о чём подумала, был не страх раннего ухода, не гнев, не жалость к себе, а боязнь не успеть доделать разные дела. Стадия IV, я уже не могла работать, отдельные органы - тоже, уже приходилось терпеть нарастающую бoль, но беспокоила меня в первую очередь вероятность не доделать недоделанное. Сказать недосказанное. Поблагодарить неотблагодаренных.
Как кто-то с головой - в омут любовь, я же - в череду курсов химиотерапии. Чтобы выиграть время и всё успеть. Внушила себе, что химия непременно вытащит меня из той пропасти, куда я валилась в прямом смысле слова, ну или хотя бы подаст руку, когда я коснусь кончиками пальцев дна. И она подала. И стала тащить наверх. И у меня появилось время. Правда, первые три курса крепко пригвоздили к кровати, а вот последующие я пережила довольно легко - mts уменьшились, боли исчезли, и даже заработало то, что не работало с апреля.
И я всё успела 🙂.
Завтра у меня новая медкомиссия, которая, возможно, предложит что-то ещё. Или отпустит с богом, я не знаю. Буду просить ещё химию. Я привыкла к ней, она стала частью моей онкожизни. С ней спокойно, как бы странно это не звучало.
Я больше ничего не откладываю на потом. Если хочется сказать спасибо - я говорю это сразу. Люблю - тоже сразу. И лучше утром и вечером. И ещё днём. А потом завтра. И послезавтра тоже.
А вчера я впервые за много лет решила пойти на выборы. Чтобы не было долгов, отдам сразу свой гражданский и успокоюсь.
Металлодетектор зазвенел. Странно, ничего особенного у меня не было. Охранник попросил показать содержимое карманов куртки. Показала. Все-равно звенит. Далее страж порядка перешел на внутренние карманы. Тоже не помогло. Потом я вывернула сумочку. Потом нужно было снимать ремень. Потом обувь. А рамка всё звенела. Когда дошло до головного убора, я вдруг поняла, что не хочу никому ничего объяснять. Почему я не стану снимать с лысой головы платок. Почему я вообще расхотела голосовать. Меня в Песочке так не раздевали, как здесь, на избирательном участке, куда я пришла отдать свой голос за будущее своей действительно любимой страны. Меня тупо не пускали. Я стала искать глазами лозунг: "Хочешь проголосовать? Paздeньcя!", но не находила.
Отдать гражданский долг не получилось. Но в этот раз я не буду считать себя должной. Потому что времени рассчитаться у меня может не хватить.
К слову, в 2016 году в аэропорту Тиват (Черногория) меня тоже просили снять с головы платок (тогда я тоже была лысой после химиотерапии). Я жестами объяснила, что у меня отсутствуют волосы, и я бы не хотела среди такого большого количества людей разных стран и народов обнажаться. И что бы Вы думали? Меня поняли и даже извинились! Но то была другая страна. Почему там так, а у нас - как всегда?
Спасибо всем читателям, подписчикам за Вашу поддержку, за то, что Вы рядом. Без Вас я бы не справилась.
Другие публикации по теме oнko 🔽
У женщины в платке есть только 21 день
Oнкoжизнь в пос.Песочный. Самый рядовой день
Лечу навстречу химиoтeрaпии