– Деда, а правда что здесь раньше обычные люди жили? – мальчонка лет восьми-десяти озирался по сторонам.
– Правда, – ответил дед.
– И что, прям вот такие же, как мы? – не унимался внук.
– Да, – снова ответил дед.
Ему было и грустно и забавно отвечать на такие вопросы.
Вход на территорию стоил недорого. Деду-пенсионеру и несовершеннолетнему внуку билеты достались и того дешевле. Пройдя за кованые ворота в широком и высоком заборе из красного кирпича, они теперь разглядывали внутренние постройки. Внука здесь привлекало абсолютно всё. Это и понятно, в таком возрасте интересуешься всем и всё всегда в новинку. Дед же напротив был очень задумчив, и, казалось, думал о чём-то своём и совсем не интересовался ни современной строгой архитектурой домов, ни безупречной ровностью дорог, ни красивыми особняками, выполненными в стиле каких-нибудь замков каких-нибудь там веков.
– Деда, а ты здесь раньше бывал? – продолжал расспрашивать внук.
– Конечно. И не раз.
Внук восхищённо посмотрел на деда.
– А раньше тут всё точно так же было?
– Да ты что! Конечно, нет!
– Деда, а расскажи, как было раньше, а? Ну расскажи, пожалуйста! Ну, пожалуйста, деда! – внук дергал за рукав и пытался разговорить уже, казалось бы, окончательно ушедшего в себя деда.
– Ну что тебе конкретно рассказать? – пошёл навстречу внуку дед.
– Вот именно тут, где мы стоим, как было? – спросил внук с нескрываемым волнением.
– Ну вот тут газетный киоск стоял. На месте этого стеклянного трёхэтажного особняка чебуречная была, «Дружба» называлась, а рядом была дверь – вход в рыболовный магазин. А через дорогу, вон в том здании – «Макдоналдс» – дед то и дело показывал рукой, где что находилось.
– «Макдоналдс» здесь? – удивился внук.
– А что тебя удивляет? Тут и остановки были, и автобусы ходили и магазины и кафе повсюду. Просто центр большого города был. А вот здесь, где большая клумба с цветами, был вход в метро. Его, естественно, засыпали теперь. Я вообще здесь в молодости любил гулять. Вон там чуть дальше, дом стоял, где Визбор родился, я тебе про него рассказывал. Вот эта улица Сретенка называлась, сейчас, наверное, вообще без названия.
Внук смотрел на деда, не отрывая взгляда.
– А кирпичного забора с воротами не было? – спросил внук.
– Конечно, нет, – ответил дед, – у тебя же в Балашихе нет заборов кирпичных с воротами? Вот и здесь не было.
– А почему сейчас не так? – задал резонный вопрос внук, – Зачем этот забор и почему здесь люди больше не живут?
– Почему не живут? Живут. Друзья и родственники руководителей госкорпораций и высших чиновников, – ответил дед, задумчиво смотря куда-то вдаль, – Пойдём домой?
– Пойдём, – настроение внука заметно ухудшилось.
Они медленно вернулись к забору, охранник открыл дверь и пропустил на выход.
Шумная магистраль Садового Кольца открылась перед ними. Через дорогу красиво и статно виднелся полукруг института имени Склифосовского.
Михаэль Шарценберг