Это был период какого-то дикого турборежима в работе.
Я вела прямые эфиры на «Максимум» с 0:00 до 5:30 утра. В 6:00 меня отвозил домой водитель, а к 13:00 мне уже надо было быть в Останкино, потому что в 14:00 начинался двухчасовой прямой эфир на Муз-ТВ.
Спала я по 4 часа в сутки, ела вообще неизвестно что. А по выходным ещё и ухитрялась выступать со своей группой «Jazzlobster» по полуподпольным клубам. Там совсем не платили денег, зато было море алкоголя.
Ох. Сейчас я думаю: зачем мы столько пили-то? И как вообще организм это всё выдержал??
Но было очень круто.
Ощущение полноты жизни. Того, что ты в самом центре событий. Первые бонусы публичной профессии в виде бесплатных проходов в ночные клубы и скидок в магазинах модной одежды — это было волшебно. Иногда, правда, случались накладки.
Помню, веду я как-то прямой эфир на «МУЗе», разговариваю со зрителем:
- Привет, откуда вы? Как дела? Что хотите посмотреть?
Зритель заказывает клип Майкла Джексона. И я привычным бодрым тоном объявляю (на МУЗ-тв):
- Итак, Майкл Джексон и Earth Song на ррррадио Максимум!
Тут же понимаю, что запуталась в своих работах! И в ужасе хватаюсь за голову. А зараза видеоинженер нарочно не сразу включает клип, а медленно, фейдом, уводит меня из кадра.
Все зрители видят мой позор: как я со стоном выпадаю из кадра на фоне горящих джунглей.
До MTV оставалось 2 года...