(Заметки из Турции. Часть 1)
Автобус, подняв вверх облако пыли, шумно выдохнул и остановился.
Мы вышли на улицу. Ноги онемели после 8 часов постоянного сидения. Хотелось распрямится и немного попрыгать, чтобы прийти в норму. Рядом с автовокзалом нас встретило пустое кафе. Два человека неторопливо доедали тост и запивали его горячим турецким чаем.
Мы сели за соседний столик и разложили сумки. Нас всего двое, а выглядим, как цыганский табор. Лицо помятое, спортивные штаны в пыли, из сумки торчит уголок журнала, который я в взяла в дорогу, но так даже и не раскрыла.
Мы едим хрустящий тост. Муравей, учуяв лакомство, подобрался ближе к тарелке в ожидании пиршества. Я подкинула ему небольшую крошку и он, словно хищная птица, вцепился в неё и отправился вниз по ножке стола.
Это конец сезона. Пожухлые листья медленно завершают свой танец на земле, став частью общего пейзажа. Но в городе все еще зелено. В Турции осень наступает не тогда, когда листья теряют свой цвет и становится холодно, а когда солнце такое жаркое, что превращает крону в шелушащуюся бумагу, которая по кусочкам опадает на землю.
У нас забронирован отель, так что расплачиваемся с хозяйкой кафе, заодно спрашивая, где нам поймать долмуш. На нем мы доберёмся в два раза быстрее, чем на обычном автобусе.
Стоим, ждем на остановке. Мимо проносятся машины, такси, люди перебегают дорогу, хотя рядом пешеходный переход. Забавно, здесь пешеход вообще не считается за участника движения. Скорее, он похож на препятствие, которое постоянно мельтешит перед торопящимися водителями.
На остановке лишь пожилые люди в купальниках или местные жители с пакетами продуктов. Сегодня открылись школы, поэтому все ученики и их родители уехали в большой город, а мы остались наедине с пустыми домами, из которых больше не слышно звуков кричащих детей.
Наконец, через полчаса мы уже в отеле. Заходим в небольшой сад, оглядываемся по сторонам. В клумбах растут мелкие яркие цветы, стоят столики с уютными деревянными креслами, пальмы отбрасывают свои резкие тени на каменные плитки. В стороне видим валяющего мишку. К нему резво подбегает собака, ложится рядом и медленно, с удовольствием жует плюшевую лапу.
Мы поднимаемся на ресепшен, где буква С давно уже потерялась. Видимо, ее каникулы закончились, и она отправилась в другой отель. С виду все кажется очень простым и аскетичным, но именно ради этого мы и приехали в глухую деревеньку Гюзелчамлы. Мы сбежали из шумных городов, неоновых реклам и постоянного навязывания материального счастья.
В Турции не нужно смотреть на обложку. Сердца людей, отелей и городов гораздо чище и прекрасней, чем их внешний облик. Так же и здесь. Внутри, на первый взгляд, спартанского обветшалого здания нас встречают свежевыкрашенные белые стены, уютные номера с кондиционером и балконом, приветливые хозяева. Нам сразу приносят чай, кофе, недостающие вешалки, дают лучший номер - на краю отеля, чтобы можно было смотреть на сад и не слышать музыку с соседнего отеля.
И вот можно расслабиться.
Берем книги, две чашки чая, выходим на балкон и садимся отдохнуть. Муж сразу же закуривает. Я не курю, но обожаю эти моменты, чай и сигарета для меня ассоциируются со свободой, когда тебе не нужно многого от жизни.
Мы уже обсуждали в дороге - мы могли бы позвонить себе четырёхзвёздочный отель на первой линии, с завтраками обедами и ужинами, развлекательной программой и огромным бассейном. Но нам это не интересно. Нам нравятся тихие места, где можно проникнуться атмосферой городка, местной культурой. Походить по неровным выщербленным тротуарам, сравнить цены в пяти разных магазинах, найти лучший çiğ köfte (чии кёфте) и неторопливо смаковать каждую минуту наедине с самим собой.
Ближе к вечеру идем на пляж. Вокруг ни души. Волны вхолостую взлохмачивают каменистое побережье, но не слышны звуки визжащих детей и лай собак. Мы лежим в шезлонгах под деревом, я надеваю панаму и долго-долго смотрю вдаль, где видны силуэты греческих островов. Спокойствие обволакивает меня со всех сторон, и я перестаю понимать, где заканчивается реальность и начинается безмятежный отпускной сон.
Вдалеке пожилая парочка медленно дрейфует на волнах. Их на секунду перекрывает продавец кукурузы, который медленно катит свою тележку вдоль берега. Он оглядываться по сторонам, в надежде увидеть толпу людей, но на пляже только мы. Он отворачивает и кричит на весь пляж «сют мысыр, сют мысыр, сют мысыыыыр» ("свежая кукуруза"), словно его кто-то может услышать. Наверное, он видит призраки людей, совсем недавно отдыхавших здесь и помогающих ему накопить деньги до следующего сезона. Тени покупателей все ещё сидят на каменистом береге и поднимают руки, чтобы продавец подошёл к ним. Вот рядом со мной в камнях вставлена палочка, а рядом с ней выложены камни. Это след призрака, который был здесь совсем недавно. Я поднимаю глаза и с удивлением вижу себя. Я сижу на камнях, поднимаю руку и зову продавца кукурузы. Подтянутая, стройная, в черно-белом купальнике. Это я в прошлом? Но нет, видны небольшие морщинки вокруг глаз, и сухая кожа нар руках. Значит, это я в будущем? Мой призрак встаёт, благодарит за кукурузу. Я наблюдаю сама за собой, боясь потревожить видение коротким вздохом. Я-из-будущего медленно доедает кукурузу, встаёт и идёт в сторону белого домика на берегу. Открывает калитку, и тут я хочу позвать саму себя, но крик чайки отвлекает меня. Я перевожу взгляд на море, а потом обратно к калитке. Но домика и моего призрака больше нет.
Наверное, я просто уснула под звуки волн. Продавец кукурузы уже давно ушёл в закат, пожилая пара вышла на берег и собирает вещи. А мы сидим и смотрим на закат. Вскоре солнце медленно опускает за греческие острова, оставляя на небе росчерк из ярких лиловых и оранжевых пересветов.
Осень в Турции. Конец сезона.