Наверное, потому, что когда-то учился плохо, он не уважает образования. Говорит, что оно лишнее в жизни человека. Жили наши предки и не тужили. И вот - пожалуйста – цивилизация. Можно же обрабатывать землю и шить одежду, выращивать хлеб и овощи. А земли всем хватит. Вот он, например, страдал на уроках физики и математики. А зачем? Научился десятку профессиональных действий, которые на предприятии требуются. И слава Богу. Зарабатывает на кусок хлеба.
Он уверяет, что книжный мир – полон лжи. Он держится на выдумке. Особенно гнусен мир литературы. Механика и электричество туда-сюда. Они еще нужны. А литература зачем? Писатели только все усложняют. А мир прост и ясен.
К примеру, для чего человек родится? Повзрослеть, выучиться делу, вырастить детей. И уйти. Вся природа так живет. Об этом и фильмы про природу рассказывают. Всякие там львы и тигры, а также насекомые и птицы – все родятся, чтобы род продолжить.
И человек точно так же. Только род – вот и все. А еще испытать элементарные радости. Например, от солнечного света, или от теплой морской воды.
А литература все выдумывает. Усложняет человека, льстит ему.
Встретились мужчина и женщина. Создали семью. Чего еще надо? Ничего больше не надо. Больше – от лукавого. Если будешь возбуждать себя алкоголем – погибнешь. Или еще чем-нибудь возбуждать. Например, деньгами.
Он гостеприимный человек. Когда приходишь к нему – очень радуется. И всегда приглашает за стол. На красивых тарелочках порезано сало. Ровными рядами лежат огурчики и помидорчики. Разная овощная икра. Варенье красуется.
Все это сделано собственными руками. А еще наливочка – язык проглотишь.
Он говорит, что у него очень хозяйственная жена. Хлебом не корми – дай на огороде поработать. А еще дома прибираться. Что-нибудь шить и вышивать. Какая Анна Каренина? Это от безделья все. Если бы Анна у Льва Толстого стирала, грядки пропалывала, огурцы закатывала, то под поезд бы не угодила.
И вообще литература – это бред сумасшедшего. Вот и жена такое же говорит.
Отрезает с наслаждением кусочек сала, кладет его на черный хлебушек и отправляет с наслаждением в рот. Хвастается, что ему всего сорок, а дом – полная чаша. У него только одного варенья – пять видов. И все жена! А он на заводе трудится. Деньги зарабатывает - без всякого там образования.
И детям тоже необязательно долго учиться. По закону требуется аттестат – вот путь и получают. Больше ничего не надо. Можно на работу сразу устроиться. Или – на худой конец – на шофера выучиться, если парень. А девочке, например, швеей можно стать. Или кондитером. Неплохо штукатуром-маляром. Мало ли? Для тихой спокойной жизни хватит. Наши родители так жили, мы живем, пусть и дети также. А образование не нужно. Не «Анну Каренину» же читать. Глупости все это.
Талант – выдумка. Не прыгать и не дергаться, а закатывать огурцы и сало солить. Или коптить. Остальное все от лукавого.
С гордостью рассказывает, что в доме ни одной книжки не было. Конечно, для уроков – принесет дочка. И унесет. Это чтобы они, книжки, на глаза не попадались. Не волновали воображение. Варенье варить можно и без книжек.
На чем русская жизнь держалась? На твердом быте. На семейных устоях. Раньше в деревнях люди вообще неграмотными были. И ничего! А потом цивилизацию придумали. И все пошло наперекосяк.
Рассказывает и вытягивает вперед руки. Это чтобы все заметили трудовые заводские мозоли. И жену заставляет руки показать. Говорит, что ее ногти никогда лака для ногтей не знали. А губы – помады. Потому что у него жена не какая-нибудь там Анна Каренина. Она жизнь по-настоящему знает. И он тоже жизнь без литературы понимает. Дай Бог – всякому.
Понимаете – работать нужно. С утра до вчера – работать. Только работа поможет сохранить нравственное здоровье. Это я уже от себя книжное выражение вставил. Он иначе говорит, в тексте не воспроизведешь.
И любовь тоже выдумка. Толстой с Пушкиным придумали. Потому что они так деньги зарабатывали. И людей смущали. Какая любовь? Варенье пять видов – и без любви можно сварить. Какая любовь у тигров, львов и у насекомых? Это все Пушкин с Толстым придумали.
Бог им судья!
Жена у него заболела. Лечиться ходила к хирургу, или как он там называется? Лечилась и лечилась. И в один прекрасный момент – вдруг – забрала дочку – и ее след простыл. Ушла к доктору. И они, между прочим, уехали куда-то. Взяла ребенка и ушла. И даже варенье до конца не сварила. Всего только два вида.
Позвонила и сказала, что она полюбила – другого человека. Что у нее вдруг душа проснулась.
А он сидит дома. Недоумевает. На него очень тяжело смотреть. Глаза широко раскрыты, и в них тревога. И какой-то тревожный вопрос. Что-то произошло. Что-то не по плану.
Сейчас у него мать. Она поддерживает, отвлекает и утешает. Потому что мать есть мать.