Но «Милу» никто в группу принимать не желал.

Наутро после стрельбы в баре Милу вызвала его в свою каюту. Разговор, разумеется, шёл о вчерашнем инциденте.
– Я дала тебе это оружие не для того, чтобы ты немедленно начал палить из него направо и налево, – строго выговаривала ему начальница. – И, кстати, не думай, что я тебе его подарила. Это личное оружие пилота моего корабля, а не твоё персональное. Прибудем на Марну, оставишь в сейфе. До следующего полёта.
Потом Милу долго допрашивала его о подробностях происшествия. В то, что Павел неким образом заранее узнал про грозящую ему смерть, женщина поверила сразу. Она уже давно если не знала, то, по крайней мере, догадывалась о наличии у юноши способности к предвидению. Гораздо больше её взволновали те странности в поведении фальшивого наркодилера, на которые обратил внимание ещё сам Павел. Милу потребовала у юноши запись всего, что зарегистрировала его нейросеть, за всё то время, которое парень провёл в баре. Она надеялась вычленить из этой информации, о чём переговаривался Малыш Ган со своими друзьями перед тем, как подсесть к юноше за столик.
В эту запись, разумеется, попал и разговор с иил`ани, который начальницу чрезвычайно развеселил. От неё не укрылся тот факт, что в течение этой беседы Павел, скажем так, несколько неровно дышал, – эти параметры нейросеть тоже фиксировала.
– Нравятся кошечки? – долго, до слёз хохотала женщина. – А ещё собираешься стать молодым отцом? Хорошо, пускай не отцом, – отчимом? Ладно, не бойся, не узнает ничего твоя Маша.Звёздные ворота действуют по такому же принципу, что и прыжковый двигатель, за одним исключением. Для совершения прыжка требовалось придать кораблю определённую скорость, а врата могли перенести хоть стоящий на месте корабль, главное, чтобы он вошёл в створ. Что объединяло почти все врата, так это очереди. Корабли можно было пропускать только по одному или, на крайний случай, очень тесной группой, а желающих совершить переход всегда хватает. Приходилось ждать. Или попытаться «оседлать» одного из прилетевших перед тобой.
Поэтому на всех вратах (а их для прибытия на Марну пришлось преодолеть полдюжины) они стоически тащились в череде других кораблей, молясь о том, чтобы впереди не возникло какого-нибудь происшествия, из-за которого пропуск кораблей приостановили бы. К счастью, ничего такого не возникало. Ни поломок, ни аварий, ни внезапных налётов пиратов. Последние, впрочем, почти никогда не показывались возле врат, – эти сооружения очень хорошо охранялись.