Северный фронт белого движения в период Гражданской войны считался второстепенным. Во многом потому, что был удален от «центра событий». Впрочем, еще кое-что отличало Северную армию белых от прочих фронтов белого движения: там создавались смешанные части из русских солдат и иностранных офицеров. Интервенты играли на Севере очень весомую роль, превосходившую влияние иностранцев на прочих белых фронтах.
Воспоминаний о данном фронте Гражданской войны осталось не так много (особенно если сравнивать с мемуарами белых юга России). Один из примеров — труд белого офицера Владимира Александровича Кислицына.
Этот человек не застал окончательного падения Северной армии белых, так как отправился, с риском для себя, в Сибирь, к силам А.В. Колчака. Одна из основных причин заключалась в том, что В.А. Кислицын не видел никаких перспектив у Северного фронта белых. Но почему?
Кислицына, как консервативного военного, возмущала власть «розового» Архангельского правительства (которое состояло из социалистов). Офицеры терпеть не могли это правительство, воевать за него не хотели.
Солдаты же были ненадежны, постоянно восставали и бунтовали. Им были ближе красные, в чем признается сам белый офицер:
«Большевистская пропаганда по разложению белых войск имела все больший и больший успех...» (с) В.А. Кислицын. В огне гражданской войны. Мемуары.
Отчасти автор списывал сложившуюся ситуацию на тот факт, что население Севера России еще толком не видело красных.
Но было и кое-что еще. Офицер честно признался в том, что солдатские восстания происходили и из-за отсутствия «ясных и привлекающих к себе симпатии идеологических установок». То есть это достаточно типичная ситуация для белых формирований периода Гражданской войны: пропаганда у противников большевиков работала очень плохо. А на Севере, судя по всему, ей вообще никто особо не занимался. Да и условный «контрреволюционный элемент» там был довольно скромный по численности.
А что же интервенты? А они в какой-то момент просто взяли, да и «помахали белым ручкой», оставив их на произвол судьбы. Тогда как белые офицеры надеялись на увеличение контингента «союзников». Да, они вроде воспринимали британцев и американцев как союзников, но... даже сами англичане и янки постоянно друг с другом ругались...
«Между английскими и американскими частями наблюдался большой антагонизм. Весьма часто между солдатами и матросами этих союзников происходили жестокие драки...» (с) В.А. Кислицын. В огне гражданской войны. Мемуары.
Да уж, вот вам и «дружба народов», такие вот союзники. Кислицын еще рассказывал, что американский контингент частично состоял из евреев, эмигрантов из Российской империи. Они больше сочувствовали большевикам, а лозунги правого офицерства а-ля «Вера, Царь, Отечество» вызывали у таких янки только недоумение.
В общем, после ухода «союзников» этот второстепенный белый фронт был обречен на развал, ранний или поздний. Так как офицеров и идейных белых там было немного, а солдаты не желали воевать с красными (хотя были, конечно, исключения)...
С вами вел беседу Темный историк, подписывайтесь на канал, ставьте лайки, смотрите старые публикации (это очень важно для меня, правда) и вступайте в мое сообщество в соцсети Вконтакте, смотрите видео на моем You Tube канале. Читайте также другие мои каналы на Дзене:
О фильмах, мультиках и книгах: Темный критик.
О политоте, новостях, общественных проблемах: Темный политик.