Пан Тадеуш, Книга четвертая, Дипломаты и охота (отрывок, Гервази улаживает спор)

Пан Тадеуш, Книга четвертая, Дипломаты и охота (отрывок, Гервази улаживает спор)

Прежде чем Войски начал говорить, Гервази согласился на спор;

Он внимательно обошел медведя,

Наконец он вытащил свой тесак, разрезал рот надвое.

И в затылке, открыв банки,

Нашел мяч, достал, подрезал платьем,

Он примерил его на заряд и надел на дробовик;

А потом поднятие руки и мяч на ладони:

«Господа, сказал он, эта пуля не ваша,

Из этой хорешковской девушки получился единорог.

(Здесь он взял старый дробовик, завязанный на веревочках),

Но я не стрелял - о, это было там

Наберитесь смелости; Страшно упомянуть, глаза тусклые!

Оба джентльмена бежали прямо на меня,

А медведь в спине уже на голове графа,

Последний из Хорешкува! хоть и на прялке.

"Хесус Мария!" Я закричал; и ангелы Господа

Прислали отца Бернардинца помочь мне.

Он заставил всех нас стыдиться; о, храбрый священник!

Когда я дрожу, когда не смею коснуться спускового крючка,

Вырвал ружье у меня из рук, прицелился, выстрелил:

Стреляй между двумя головами! сто шагов! не пропустите!

И прямо в рот! выбить ему зубы вот так!

Господа! Я живу долго, я видел одну

Человек, который умел таким выстрелом похвастаться.

Это когда-то громко с нами от стольких дуэлей,

Тот, кто вырывал женские пробки из палочек,

Этот вор воров, известный с незапамятных времен,

Тот Яцек, vulgo Wąsal; Не буду называть имя:

Но ему еще не время гнать медведей;

Наверное за усы плут сидит в аду.

Слава, батюшка! Он спас жизни двух людей,

Может, три; Гервази похвастаться не будет,

Но если бы только последний ребенок крови Хорешек

Он попал в пасть зверю, меня бы не было на свете

А мои старые были бы укушены медведем;

Пойдем, батюшка, выпьем за здоровье Господа ».

Напрасно обыскивали священника; они знают так много

Что после убийства животного он на мгновение появился,

Он прыгнул на графа и Тадеуша,

И увидев, что они оба живы и невредимы,

Он поднял глаза к небу, сказал тихо молясь

И он быстро побежал в поле, как будто его кто-то ловил.