не осмелился броситься в рек

не осмелился броситься в реку на

помощь тонущему целителю!

Жалкие трусы! Воробей так разозлился, что едва не поперхнулся

мышью.

Зашуршала ежевика, из палатки выползла Иглогривка. Ее передние

лапы настолько окрепли, что она теперь без малейшего усилия ползала по

всему лагерю.

- Хочешь кусочек? - хмуро предложил Воробей, переворачивая когтем

обглоданную мышь.

- Нет, спасибо, - вежливо отказалась Иглогривка, ненадолго

задержавшись возле него. - Сегодня мне хочется полевку!

Она поползла дальше, задев Воробья своим пушистым боком. Шерсть

у Иглогривки была густая и здоровая, а главное - самая чистая во всем

племени, потому что больная кошка вылизывала ее по десять раз на дню,

беспощадно выкусывая всех блох и клещей. Воробей объяснил Иглогривке,

что любой загноившийся укус насекомого может серьезно ослабить ее и без

того хрупкое здоровье, поэтому парализованная кошка без устали

умывалась и тренировалась, чтобы стать как можно сильнее и крепче.

Воробей почувствовал веселую радость, охватившую Иглогривку,

когда она добралась до кучи дичи, и сладкий укол удовольствия, с которым

она вытащила из кучи жирненькую полевку. Уверенно работая передними

лапами, Иглогривка снова подползла к Воробью и уселась рядом с ним.

- Ты не голодный? - она потрогала лапкой его мышь. - Ведь сегодня

ночь полулуния, Воробей! Тебе нужны силы, чтобы добраться до Лунного

озера.

- Ты не забыла, что мне запретили выполнять обязанности целителя? -

проворчал Воробей.

Иглогривка положила перед собой полевку, с аппетитом впилась в нее

зубами.

- С каких это пор тебя стали останавливать запреты, тем более,

несправедливые? - спросила она с полной пастью.

Воробей хмыкнул и открыл было пасть, чтобы ответить, но тут рядом

с ними раздались шаги.

- О каких это запретах вы говорите? - с любопытством спросила

Яролика.

- Не твоё дело! - огрызнулся Воробей.

- Сегодня полулуние, а Воробью запретили идти к Лунному озеру, -

поспешно ответила Иглогривка.

- Разве тебе обязательно идти так далеко, чтобы открыть свои сны

Звездному племени? - мягко спросила Яролика, погладив распушившегося

целителя хвостом.

Он сердито отстранился.

- Мы ходим к Лунному озеру не только для того, чтобы там спать! -

буркнул он.

Настроение у него было окончательно испорчено. Вскочив, Воробей

сердито засеменил через поляну. Не оглядываясь, он вышел из лагеря и

решительно зашагал в лес.

Сзади опять раздались шаги. Воробей почувствовал запах Огнезвезда

и едва не зарычал от злости. Предводитель шел за ним следом.

- Я знаю, как тебе сейчас обидно, - сочувственно сказал он.

Воробей обернулся, весь трясясь от ярости.

- Да неужели? - прошипел он. - Хватит врать! Думаешь, кто-нибудь

поверил бы безумным обвинениям Светлоспинки, не будь я полукровкой?

Огнезвезд резко остановился, но Воробей уже не мог сдерживаться.

- Думаешь, меня обвинили бы так легко, если бы Листвичка не была

изменницей, преступившей закон целителей? Если бы она не была лгуньей,

которая врала своему племени и продолжала исполнять обязанности

целительницы, не имея на это права? - продолжал он, с радостью чувствуя,

что предводитель опешил от потока его обвинений. - Ты забыл, кто я такой?

- с горечью и гневом бросил Воробей. - Сын лгуньи и предательницы! Как

мне можно верить?

- Я об этом не подумал, - искренне ответил Огнезвезд, и весь гнев

Воробья вдруг как лапой сняло.

- Ты об этом не думал? - тупо переспросил он.

Каждый раз, когда Воробей чувствовал рядом с собой Листвичку,

Белку или Ежевику, его с