Сегодня в Беларуси впервые будет отмечаться новый государственный праздник — День народного единства. Но для всех ли 17 сентября является праздничной датой? Мы спросили об этом у прогосударственного активиста, проживающего на территории бывшей Западной Беларуси, оппозиционного политика, а также у нашего зарубежного коллеги — польской журналистки.
Нина Кременевская, активный участник патриотических автопробегов из д. Домашевичи Барановичского района
— Я раньше часто слышала: «Брысь, пся крев!» — но не понимала смысла. Это звучало — особенно в Брестской области — сплошь и рядом. Со временем выяснила -- это было такое обращение к белорусам со стороны поляков. Что-то крайне неуважительное, уничижительное, мол, поляки — это великая нация, а мы, белорусы, — какая-то никчемность, «пся крев» (в переводе с польского — «собачья кровь». — Авт.).
Мне рассказывали соседки, которые жили на западных землях под Польшей, — их уже нет в живых, — что белорусам, чтобы прокормиться, приходилось работать на поляков. У поляков были хорошие хозяйства — панские дворы, и белорусы ходили к ним копать бульбу за кошик этой самой бульбы — такая была «зарплата».
Я считаю, что мы были рабами до 39-го года, когда вся жизнь человека зависела от кошика бульбы. Белорус не мог разбогатеть, а если он не шел на работу к польскому пану, его семье нечего было есть, ведь бульба была основным продуктом.
В 39-м году произошло воссоединение белорусских земель, а люди-то остались там: и белорусы, и поляки. Рядом со мной соседка жила — эдакая ганаровая полька, и я видела, насколько она этим гордилась, как она превозносила себя перед людьми. Было заметно показушничество, ведь гордиться-то нечем.
Сейчас некоторые поляки, что живут на нашей земле, конечно же, хотели бы жить под Польшей. Вот почему и радикализация произошла в Брестской и Гродненской областях в прошлом году.
Неожиданно к нам снова протянули свои ручки те, кто когда-то не добил нас, не смог колонизировать. Но белорусы — мудрый народ, поэтому нас невозможно победить. Мы готовы до последней капли крови защищать свою страну.
Поэтому 17 сентября -- это прекрасный праздник, я не знаю, почему его со времен войны не праздновали. Это очень правильная дата, особенно учитывая сегодняшнюю и прошлогоднюю ситуацию.
Анна Канопацкая, оппозиционный политический деятель, кандидат в президенты Республики Беларусь (2020)
— Для меня любое действие руководства нашей страны, направленное на укрепление суверенитета и независимости Беларуси, безусловно, имеет положительное значение. Праздник, связанный с воссоединением белорусского народа и возвратом утраченных территорий, имеет право на жизнь, тем более в свете недавнего заявления Главы государства о том, что снова «спустя много веков мы стали суверенными и независимыми». В этом его позиция очень близка мне, публичному, национально ориентированному политику, выступающему за возрождение белорусской нации и укрепление нашей исторической государственной субъектности.
Единственный момент, который меня несколько смущал, — что совпал этот праздник с Днем Конституции США. Но если отбросить излишнее политиканство, данное совпадение можно считать вполне логичным, подчеркивающим, насколько больше между нашими народами в цивилизационном контексте общего.
Конечно же, хотелось бы, чтобы этот день был выходным. Тогда и отношение широких народных масс к его празднованию имело бы более прочные основания. Дополнительный выходной в середине сентября исключительно положительно был бы воспринят нашим населением.
Относительно его празднования… Конечно же, я его буду праздновать, совместно с представителями своей электоральной группы — моими потенциальными избирателями на предстоящих парламентских в 2023-м и президентских в 2025 году выборах.
Агнешка Пивар, редактор журнала MyślPolska («Польская мысль»)
— События 17 сентября 1939 года в моей стране называются «агрессией СССР против Польши», в то время как с вашей стороны официальное название — «Освободительный поход Красной Армии». Поэтому для нас это было вооруженное нападение, а для вас — освобождение. Я также знаю, что Президент Александр Лукашенко назвал 17 сентября «исторической датой воссоединения Западной и Восточной Беларуси». Со своей стороны, мы склонны говорить о потерянных землях. Лично у меня другое видение, то есть я рассматриваю эти события не как историк и не как государственный деятель. Я смотрю на все это немного более философски.
Мои дедушка и бабушка по отцовской линии жили на территориях, которые Польша потеряла после 17 сентября 1939 года. Мои предки происходили из помещиков, поэтому дата 17 сентября 1939 года ассоциируется у меня с потерей родового поместья в Виленском крае. Это также напоминает мне о том, что если бы не данные события, возможно, сегодня я не надрывалась бы на тяжелой работе, снимая тесную комнатушку, а жила бы в красивом большом поместье и пользовалась всеми благами. С другой стороны, я осознаю, что, возможно, более комфортная жизнь наследницы не побудила бы меня приложить некоторые усилия, и я не стала бы тем, кем являюсь сегодня, например, не писала бы статьи на темы, которых другие журналисты не осмеливаются касаться.
Дата 17 сентября 1939 года ассоциируется у меня прежде всего со скитальческой судьбой тысяч моих соотечественников. Несколько лет назад, благодаря послу Ирана, у меня была возможность встретиться с группой пожилых поляков, которые, будучи еще детьми, были отправлены в Иран с армией генерала Владислава Андерса во время войны. Это уроженцы территорий, которые были отторгнуты от Польши после 17 сентября 1939 года. Они были депортированы в Сибирь и находились там в бесчеловечных условиях. Они выбрались из Сибири в составе польских вооруженных сил, сформированных в СССР, а затем отправились, в числе граждан прочих стран, в Иран. Как правило, они рассеялись по всему миру, и лишь немногие вернулись в послевоенную Польшу.
С тех пор я участвовала в различных встречах с этими поляками. Однажды они пригласили меня на международный съезд во Вроцлав. Сотни пожилых людей пришли на «собрание странников», как я это называю. Они приехали в Польшу из многих стран, включая Новую Зеландию, Великобританию и США. Все они были уроженцами территорий, которые Польша потеряла после 17 сентября 1939 года.
Однако я не могу сказать, отношусь ли я к этим событиям однозначно негативно. Несомненно, 17 сентября 1939 года связано со многими человеческими драмами и страданиями поляков, в том числе детей.
Только наряду с этими трагедиями можно рассказать и прекрасные истории. Вот один из примеров. Во время войны индийский аристократ Джам Сахеб Дигвиджаисинхджи, известный в Польше как «добрый Махараджа», принял около тысячи польских детей, в основном сирот и полусирот, приехавших в Индию из Сибири. Он спас наших маленьких соотечественников от голода и смерти. Это были именно те дети, которые лишились родного крова на земле, утраченной в результате событий 17 сентября 1939 года. Итак, произошло нечто очень печальное, но некоторое время спустя, за тысячи километров, случилось нечто чрезвычайно прекрасное и благородное. Я вижу в этом необыкновенную тайну, которую я не до конца понимаю.
И таких историй я узнала немало, в том числе и без счастливого финала, поэтому не могу дать однозначную оценку событий 17 сентября 1939 года. Возможно, это также связано с тем, что мои дедушка и бабушка по материнской линии познакомились в тюрьме сразу после войны. Меня бы не было на свете, если бы их не посадили в тюрьму. Мои бабушка и дедушка очень страдали и от немцев, и от Советов. Во время войны они оба были членами Армии Крайовой, а в послевоенной Польше, где правили коммунисты, их приговорили к тюремному заключению за их деятельность по защите независимости.
Они оба дожили до глубокой старости, и я никогда не слышала, чтобы они плохо отзывались о своих угнетателях или о тех, кто вторгся в Польшу в 1939 году. Может быть, глядя на своих 17 внуков, они понимали: если бы не драмы, вызванные войной, они бы не встретились, и нас -- меня, моих сестер и двоюродных братьев — не было бы сегодня в этом мире. И именно так я смотрю на дату 17 сентября 1939 года. И хотя моим дедушке и бабушке по отцовской линии пришлось покинуть родовое поместье на востоке, но именно это событие оказалось судьбоносным, предопределило встречу моих родителей.
Надежа Саблина
Фотографии от героев и из открытых источников