С раннего детства, после прочтения сказок Бажова, я мечтал найти интересные камешки. Но в городе, где я жил, ничего интересного не находилось. Найти интересный минерал в городе в принципе невозможно.
В летнем лагере я искал в море окатанные водой кусочки стекла, воображал, что на берег выбросило малахитовые бусины, и собирал их.
С возрастом увлечение переросло в работу. Я отучился на горно-геологическом факультете и пошел работать участковым геологом. Собирать «камешки» стало не так интересно. Но вот подросли дети, и мне захотелось поделиться с ними романтикой экспедиций и поисков. Мы решили организовать несколько семейных вылазок за окаменелостями.
Первая поездка была скорее разведочной, ничего из находок забрать с собой не удалось. Зато мы выяснили, что в экспедицию нужно ехать в прохладную погоду и обязательно брать с собой геологический молоток. После учета допущенных ошибок мы отправились во вторую палеонтологическую экспедицию.
Угольная шахта, возле которой был расположен породный отвал, доживала последние дни. Предприятие работало в режиме водоотлива и поддержания. О состоянии производства говорили черные дыры выбитых окон в шахтном здании.
Территория предприятия заросла кустарником и невысокими деревьями. Дорога на отвал была протоптана местными жителями, автомобильный транспорт давно здесь не ездил.
Хотя сама территория отвала была аккуратно спланирована. Со здания сортировки на отвал видимо ездил погрузчик.
У подножия отвала с горелой породой виднелось несколько куч свежей. Видимо порода была получена с ремонта поддерживаемых выработок.
Едва мы подошли к террикону, как сын тут же нашел первый образец. Это была окаменелость дерева-великана каменноугольного периода – Лепидодендрона.
Вымершее более 300 млн лет назад растение относится к плауновидным. Найти такой отпечаток было большой удачей. Мы завернули находку в салфетку и спрятали в рюкзак.
Из рюкзака же достали молоток и принялись разбивать породу.
Пока я раскалывал куски камня, сын нашел еще один Лепидодендрон.
А вскоре из расколотого куска показался отпечаток Стигмарии. Это корневая система плауновидных.
К сожалению, порода была такой хрупкой, что окаменелость рассыпалась в руках.
Продолжая раскалывать камни, я наткнулся на новую находку – молодую ветку Лепидодендрона. На породе были четко видна ромбовидная структура коры. По форме он был похож более всего на Lepidodendron mannebachense.
Еще один образец того же растения нашелся невдалеке от предыдущего.
Новой интересной находкой был Каламит. Этот древний хвощ, некогда росший в здешних краях, был не особо четкий, но зато достаточно прочный. Эту находку мы забрали в свою коллекцию.
Последней находкой, которая увенчала наши поиски, была веточка Невроптериса. К сожалению, качество отпечатка было низким, зато просматривалась вся ветка этого вымершего папоротника.
Вот такой удачной получилась наша экспедиция. Мы нашли разные окаменелости и даже взяли с собой несколько образцов. Эти растения дошли до нас только в виде отпечатков на породе, они приоткрывают завесу над эволюцией растений. Конечно, хотелось больше красивых папоротников. Такие образцы украсят любую коллекцию. Может, в следующий раз повезет больше!
С. Ширяев