Глава 149
Самолёт приземлился.
- Ну, вот и всё, а вы волновались, сейчас получим багаж и поедем в город, - сказал Сергей Николаевич.
Самолёт плавно бежал по взлётной полосе.
- Так всё просто, два часа, всего два часа, и мы прилетели. А я боялась. Все эти годы я боялась сесть в самолёт и прилететь к сыну. Знаете, почему я так боялась? – спросила Вера Степановна, и, не дожидаясь его ответа, призналась. – Я была маленькая, ну, как маленькая, пионерка, до комсомолки ещё не доросла. У нашей соседки, тёти Любы, муж с дочкой погибли в авиакатастрофе. Это была страшная трагедия, в нашем доме все ей сочувствовали. Девочка была моей подружкой. Кадры катастрофы крутили по телевизору. Картинка этой трагедии, усиленная болью и горем соседки, врезалась в мою память. Вот с тех пор я боялась не то что летать, но даже думать, что мой Колька может на самолёте прилететь. Он знал, и никогда мне не говорил, что прилетит, говорил всегда, я приеду, жди.
- Простите меня, Вера Степановна, я не знал, что ваш страх сидит так глубоко, - сказал Сергей Николаевич.
-Да нет, всё хорошо, вы мне помогли его преодолеть и пережить, спасибо. Хорошо, что Николай не знает, что я решилась на самолёте прилететь, волновался бы.
Сергей Николаевич спрятал улыбку, наклонив голову, похлопал её по руке.
- Отстёгивайте ремень, будем одеваться и пойдем к выходу.
Он встал, достал её пуховик, помог ей надеть его. Вера Степановна поправила шапочку и шарф, и, застёгивая на ходу пуховик, медленно продвигалась за пассажирами к выходу из самолёта.
**** ****
Гешка и Сашка стояли рядом. Сашка сжимал и разжимал пальцы рук. Гешка заметила, спросила:
- Ты что, волнуешься?
- Да, волнуюсь за бабушку. Папа рассказал мне, почему она не прилетала, - ответил Сашка.
- Почему?
- Она боится самолётов. В детстве, её подружка, вместе с папой разбилась на самолете, вот с тех пор и боится и за себя и за нас. Папа всегда ей говорит, что мы приедем.
- Понятно. Саш, она не знает, что вы её встречаете, я деда просила не говорить, - призналась Гешка.
Самолёт приземлился давно, а первые пассажиры только начали выходить в зал ожидания. Ребята ждали появления родственников.
- Смотри, они идут, - толкнула Гешка Сашу плечом, - пошли к ним. – Она схватила его за руку и устремилась вперёд, навстречу выходящим пассажирам.
- Стой, - сказал Сергей Николаевич, и остановился. Вера Степановна остановилась и вопросительно посмотрела на него. – Нас встречают, - сказал он, - смотри.
Ещё пара шагов и внуки остановились перед ними.
- Бабушка, здравствуй, как ты? Я так волновался за тебя, - прижался к ней Сашка.
Бабушка обняла внука.
- Как ты подрос, тебя не узнать, вытянулся то как. Здравствуй дорогой, здравствуй, радость моя.
- Дед обнял Гешку за плечи.
- Здравствуйте, Сергей Николаевич, - сказала Гешка.
- Здравствуй, Женечка! Знакомься, Вера Степановна, - представил Сергей Николаевич Гешке женщину. Гешка поздоровалась с бабушкой, а Сашка с Сергеем Николаевичем. Сашка взял из рук бабушки ручку чемодана.
- Идёмте, нас ждут, - сказал он и, они направились, к ожидающим их Роману, Николаю и Лидии.
- Как? Сергей Николаевич, они знали, что я прилечу? – удивлённо спросила Вера Степановна.
- Простите меня, Вера Степановна, но мне пришлось сообщить, что мы прилетим Женьке. Дело в том, что Николай и Саша хотели прилететь в Москву, и если бы я умолчал, то мы могли бы разъехаться, – сказал он.
- Ну, вот, я всё испортила, - огорчённо сказала бабушка.
- Бабуль, ты ничего не испортила, просто мы перенесли поездку на Новый год, и всё, - сообщил ей Саша.
- А это мне нравится! Коль, правда, нравится, - обнимая сына, сказала бабушка. – Только всей семьёй приезжайте, слышишь, Лидочка, - обнимая Лиду, сказала бабушка.
Роман обнял отца.
- Ну, идёмте, по машинам, и по домам, вам отдохнуть после перелёта надо. Николай, завтра, как договорились, жду вас всех к обеду, - сказал Роман и, вместе с отцом и дочкой они направились к выходу их зала ожидания.
**** ****
А дома, за ужином Сергей Николаевич рассказывал сыну и Гешке в каком плачевном состоянии он застал Веру Степановну в тот первый вечер, и как она буквально преобразилась на следующий день.
- Представляете, я поверить не мог, что можно впасть в такое отчаянье и так преобразиться, всего лишь взяв себя в руки. Я понял, что поездка к сыну ей необходима, как глоток свежего воздуха. Я уговаривал долго, убеждал, и она сдалась, согласилась лететь.
- Ты не знал о её детской травме? – спросила Гешка.
- Не знал, - признался дед. – Она мне в самолёте рассказала, когда мы приземлились, почему боялась летать.
- Значит, вместе с тобой победила свой страх, - размешивая сахар в чашке, тихо сказала Гешка.
- Выходит, что так, - ответил дед.
- Ты не бросай её. Ей нужно плечо и жилетка. Да и тебе тоже нужно, чтобы тебя кто-то выслушал, - сказал, усмехнувшись, Роман.
- Ты правильно подметил, мне нужно, чтобы кто-то меня выслушал, столько всего невысказанного накопилось. Только я не знаю, стоит ли на неё всё взваливать. Выдержит ли она.
- Так никто и не говорит, что надо все вывалить сразу. Она, как я понял, тоже твою жилетку слезами замочить боится, - ответил сын.
Гешка покачала головой.
- Вечная проблема! – сказала она.
- Ты о чём сейчас? – спросил Роман.
- Чтобы понимать друг друга надо разговаривать. Я об этом, - ответила Гешка.
- Та права, надо разговаривать, и не врать друг другу, - сказал Роман.
- Как мы с тобой? – спросила Гешка.
- Да, дочь, как мы, - ответил папа.
- Вы о чем? Расскажите, - попросил дед.
- У нас с папой есть договорённость. Мы каждый день с ним разговариваем, рассказываем, что произошла за день, обсуждаем, делаем какие-то выводы. И самое главное, мы никогда друг другу не врём, поэтому и понимаем, друг друга без лишних слов, - сказала Гешка. – Даже то, что было в прошлом, мы рассказываем без вранья. А знаешь, дед, как хочется иногда что-нибудь нафантазировать, но нельзя.
- А с Архипом ты тоже всегда разговариваешь без вранья, – спросил дед.
- А ему нельзя соврать, он знает меня, видит, чувствует, по голосу поймет, по повороту головы, по опушенным глазам. Я тоже знаю, когда он серьёзен, а когда шутит, - призналась Гешка. – А папу пока не знаю.
- Вот это признание! Ром, что делать будешь, когда она тебя читать, как книжку будет?
Роман усмехнулся.
- Как книжку, говоришь? Знал бы ты, как она книжки читает, не сравнивал бы.
- Не спорьте, - остановила их Гешка. – Папа не книжка. Я просто учусь его любить, понимаешь, дед, учусь любить всё в нём. Я ещё не знаю, как это объяснить, но для меня важно знать всё о нём и хорошее и плохое. Ему тоже важно знать, обо мне всё, поэтому мы по вечерам разговариваем.
- И ты предлагаешь мне с Верой Степановной разговаривать каждый вечер?
- Это ваши отношения, вы сами не маленькие, всё можете решить, главное не врите друг другу. Ты же знаешь, как это, когда тебе врут, - сказала Гешка.
- К сожалению, знаю, – сказал дед.
- Я тоже знаю, - признался Роман.
- А я не хочу знать, - сказала Гешка.