В женский реанимационный бокс привезли почти слепого деда лет восьмидесяти пяти - девяноста. В мужском мест не было, и половина женского была занята мужиками.
Такое нарушение равноправия кардиологической реанимации свойственно. Женщин сюда везут откровенно меньше, а строители рассчитывали на паритет.
Катающуюся кровать с дедом пристроили к двум старушенциям на свободное место. Дед всё равно слепой, старушки не возражали. Слепой, но шустрый, у него что-то с сердцем и лёгкими, с остальным тоже что-то, но есть распоряжение старость не лечить. Её и не лечат.
Покрутившись, обживаясь на новом месте, дед нащупал под койкой специальный рычаг и специально за него потянул для исследования причинно - следственных связей. Кровать встала под сорок пять градусов и дедушка радостно скатился весь в сторону изголовья. Радостно, но молча. Заохали бабушки, прибежал персонал, привёл кровать с дедом в исходное положение, заново подключил провода монитора, поправил капельницу. В боксе снова воцарилась относительная тишина.
А дед нащупал рычаг с другой стороны кровати. И потянул. Теперь койка наклонилась в строну дедовых ног, куда он опять же сполз весь, стянув на себя ещё и штатив капельницы. Персонал умудрился прибежать раньше, чем заохали бабушки. Вспыхнул яркий свет деда и штатив поправили. В боксе опять наступила тишина и ночь.
Ночью дед умудрился, прячась от нянечек, по стенке сходить в туалет, и выковырять у себя из вены периферический венозный катетер. Потому что подумал, что это шпионские штучки для того, чтоб персонал отслеживал его местонахождение. Без костыля дед почти не ходил, поэтому шпионский прибор мог пригодиться кому-нибудь другому. Ну тому, кто бы догадался взять его из верхнего ящика дедовой тумбочки.
Утром деда отмыли, сменили белье, положили на живот для укола и в таком положении перевезли в мужскую половину женского реанимационного бокса. Дед заявил, что его привезли на процедуры, поэтому переворачиваться на спину он не будет. И не переворачивался до завтрака.
Позавтракав он выдернул у себя из вены ещё один шпионский прибор, спрятал его в тумбочку, лёг и потянул за два рычага сразу. Отчего обе спинки кровати коснулись пола, а дед симпатично балансировал посередине.
На грохот прибежал весь персонал. Меньшая часть по обязанности, остальные из любопытства: сами они двумя рычагами одновременно никогда не пользовались, им в голову не приходило. Деда снова положили на живот и пообещали процедуры.
Потом его возили на всякие обследования до вечера. А ночью он умер. Ко всему привычный персонал почему-то всхлипывал. Весь.