Как на Земле возникли первые цветы, вернее даже сказать цветковые (или покрытосеменные) растения? Этот вопрос не давал покоя и раздражал Дарвина в тот период, когда его жизнь уже подходила к завершению. Знаменитый натуралист не без оснований опасался, что отсутствие ответа подорвет доверие к его теории эволюции.
Отвратительная тайна
Термин «отвратительная тайна» появился в 1879 г, когда Дарвин писал письмо своему другу и коллеге доктору Джозефу Хукеру. «Быстрое появление и развитие высших растений поистине является отвратительной тайной».
Согласно многочисленным раскопкам, где ученые-археологи слой за слоем снимали пласты почвы, углубляясь, таким образом, в историю планеты, вдруг появились цветы. В меловом периоде. И сразу в огромном многообразии.
Примечательно, что ничего подобного до этого не было обнаружено. Покрытосеменные (цветковые растения) не развивались постепенно, как того требует дарвинизм. Почему мы не видим промежуточного развития растений, от голосеменных? Почему нет эволюции? Почему моментально возникло множество видов?
Попытка обоснования
Природа скачков не совершает, как гласит теория, а тут такой конфуз. Требовалось срочно найти объяснение. Дарвин принялся играть с идеей, что цветковые развивались в обычном порядке, только на неразведанном пока континенте. Например, Южном полюсе.
За несколько месяцев до смерти, летом 1881 г., Дарвин писал: «В этом ничего нет экстраординарного. Возможно, в течение долгих веков существовал чрезвычайно изолированный континент, где и развивались высшие растения».
Додумать не сложно. Дальше что-то произошло, семена попали на другие части суши планеты, где и принялись активно расти. Что же, такое вполне возможно. Если на этом таинственном континенте условия развития были наиболее комфортными, то и процесс шёл быстрее.
Альтернативная точка зрения
В одной из библиотек Лондона хранится перепечатка лекции 1876 г. Уильяма Каррутерса, хранителя ботаники Британского музея. Ее тезисы попали в заголовки английских газет того времени, вызвав нешуточные дебаты. Шотландец выделил периоды в «Летописи окаменелостей», когда в мире появились цветочные растения.
«Вывод очевиден», писал он, «теория Дарвина несостоятельна. Все вокруг создано волей Господа, в его нескончаемой мудрости». С таким подходом тоже сложно не согласиться, учитывая, что следы эволюции высших растений действительно отсутствуют. Вот их не было, и вдруг появились.
Чем лучше мысль о каком-то там затерянном континенте против креационизма? Доказательств, как говорится, в обоих случаях не было. Чарльз Дарвин и его сторонники встали на дыбы. Ведь это был удар по самой эволюции. Посыпались гневные отповеди. А что толку? Ведь подтвердить свои слова фактами они не могли.
Эта загадка преследовала Дарвина. Она стала для него Великой теоремой Ферма, над которой столетиями бились лучшие математики: «Отвратительная тайна» не поддавалась разгадке.
Получен ли ответ сегодня?
Откровенно говоря, нет. Конечно, понимание развития мира шагнуло далеко вперёд. За 140 лет в попытках объяснить появление на Земле цветковых растений предлагались различные теории, но ни одна из них не дает исчерпывающего ответа, и множество вопросов все еще остаются открытыми.