чем стреколетом, хотя двигался он намного
медленнее, ниже и казался огромным неповоротливым утюгом. Но я был рад вновь оказаться
в небе, повелевать спрятанным в трюме демоном и с удовольствием снял с Джулии часть ее
обязанностей, забрав себе лишнюю вахту, за что она была мне благодарна.
управления. Магический шар на
панели передо мной мигал, показывая, что надо менять курс, и я медленно крутил штурвал.
Кроме капитана, Глауфора, Руи, меня и Трехлапого на «Бобовом зернышке» был еще
лишь один член команды – пожилой кок Мигуэль, способный приготовить из любой дряни
вполне съедобную пищу. Он почти все время пропадал на камбузе и редко выбирался наверх.
Но сегодня поднялся и теперь сидел на перевернутом ведре, смотрел на горизонт чистейшего
голубого неба и хрустел яблоком, которое достал из кармана своего белого поварского фартука.
Почуяв яблочный запах, Трехлапый тут же перестал нежиться на солнышке и требовательно
хрюкнул. Кок усмехнулся, вытащил нож, отрезал дольку, кинул ему. Зверек подпрыгнул, пой-
мал подачку пастью и зачавкал, донельзя довольный жизнью и путешествием.
– Обленился он что-то, – сказал мне человек. – Лишь спит да опустошает запасы из
кладовой.
– А чем ему еще заняться? – протянул Руи, который тоже загорал сегодня на палубе,
растянувшись прямо на досках в одной набедренной повязке. – Всех крыс он переловил в первые пять дней, сожрал две пары башмаков Глофи и половину моих запасов карамелек. Самое
время ничего не делать. Впрочем, у помощника капитана есть еще одни башмаки – и изгрызть
их давно пора.
– Я все слышу! – гаркнул карлик с бака. – Или воспитайте эту тварь, или я пинком
отправлю ее с судна в свободный полет!
– Совершенно бессмысленные угрозы, – улыбнулся я. – Джулии он нравится, а ты ее
знаешь. Обидишь зверушку, и она тебя вышлет следом за ним.
– Это все потому, что ты перевернул его миску с едой, – добавил Руи.
– Да ладно! Я просто хотел пошутить!
– Ну вот и он теперь шутит.
Горбун зло скривился и погрозил Трехлапому кулаком. А тот, находясь на высокой надстройке юта в недосягаемости карлика, лишь раздулся еще сильнее и снова повернулся пузом
к раскаленному солнцу.
Оказавшись на борту, Трехлапый тут же принялся отрабатывать свой билет. На следующее утро после начала полета он основательно потрудился и притащил Джулии шесть толстых,
лоснящихся крыс. Выложил трупики рядком, чтобы все окружающие оценили его подвиг,
и радостно фыркал, когда капитан брала каждую добытую тварь за голый розовый хвост и
отправляла за борт.
В следующие дни это стало доброй традицией, и к земле и океану полетело в общей
сложности двадцать четыре крысы, а затем они попросту кончились.
Теперь он пасся на камбузе, присутствовал на завтраках, обедах и ужинах команды, где
всегда получал свою порцию снеди, нежился на солнышке, обходил с инспекцией трюм, проверяя, не зародились ли из воздуха новые крысы, или же крутился у меня под ногами.
С ним мы поладили достаточно быстро, и в свободное от забот (охота на башмаки Глауфора, еда, сон, инспекция трюма и охота на башмаки) время он любил забраться ко мне на
плечо и слушать, как я пою. Пел я в основном на эльфийском, даже не пел, а так… мурлыкал,
но это неизменно вызывало его восторг, и Трехлапый начинал негромко кудахтать, раздуваясь
при этом, словно жаба на орочьем болоте.
– Оставь штурвал в покое, Лас. Отдохни, – сказал мне Руи.
– Да я и не устал, – возразил я. – Работы кот наплакал, и, в отличие от кабины стреколета,
здесь можно сколько угодно ходить.
Кок на мои слова улыбнулся:
– Смотри, из-за твоего трудолюбия Джулия решит нанять тебя на постоянной основе.
– И найму, – сказала капитан, выходя на палубу. – Глауфорхефнихшниц! Ты рассчитал маршрут на завтрашний день?
– Все уже на каббалистической доске, капитан, – кисло ответил карлик, изучая свой
лимонно-желтый колпак, точно внутри того притаились два десятка Трехлапых.
Женщина сняла треуголку, быстро сверила расчеты, довольно кивнула, перенося изменения в магический шар. Я, согласно этим данным, повернул на две четверти румба вправо.
– Бери на триста ярдов выше, – сказала мне она.
– Да, капитан.
Я потянул рукоятку магического жезла на себя, демон заревел, и ботик, чуть-чуть приподняв нос, начал неохотно набирать высоту.
– Ленивый парень. Давно выдернут из Изнанки?
– Давно, – сказала она. – Он слабенький, словно у какого-то каботажного судна из тех,
что ходят вдоль берега, но серьезные твари на крупные корабли стоят хороших денег. Гномы,
чтобы у них бороды повылазили, вновь взвинтили цены, приходится пользоваться старьем.
Было бы здорово, если бы появился альтернативный продавец, который обрушил недомеркам цены.