Штурм села Комсомольское был последней и самой кровопролитной битвой Второй чеченской войны. За две недели здесь было уничтожено 800 террористов, а 273 боевика попало в плен. Федеральные войска потеряли 50 бойцов убитыми, 300 человек получили ранения.
Боевики идут на прорыв
В конце зимы 2000 года чеченские боевики оказались заперты в Аргунском ущелье. Часть террористов, под командованием Хаттаба и Басаева вышла из окружения, прорвавшись через позиции 6-й десантной роты Псковской дивизии ВДВ. Однако в ущелье оставалось более тысячи боевиков, возглавляемых известным террористом Русланом Гелаевым. Его отряд, измотанный февральскими боями в Грозном и постоянными налетами авиации, решил прорываться через Комсомольское — родное село Гелаева.
Ранним утром 5 марта боевики единой группой спустились с гор и всей массой навалились на взводный опорный пункт. Более ста бандитов встали в полный рост и поливали окопы огнем, в это время полсотни террористов ползли к позициям федералов. Разведгруппа с бронетехникой, отправленная на помощь обороняющимся, попала в засаду. Подбитый танк лейтенанта Луценко был заблокирован боевиками. Члены экипажа отбивались до последнего и даже вызывали огонь на себя, однако террористам удалось открыть люки и извлечь бойцов из раскуроченной машины. Танкисты были зверски убиты, и только механик-водитель попал в плен. Такого мощного прорыва никто не ожидал и отряд Гелаева занял Комсомольское. В тот же день все местные жители покинули село.
Спешка командования
Первая попытка выбить боевиков была предпринята 6 марта. В операции приняли участие отряды спецназа Министерства юстиции «Тайфун», МВД «Росич», СОБР Центрально-Чернозёмного РУБОПа. Из-за недооценки сил противника и недостаточной подготовки спецназовцы в полном окружении 8 часов отбивались от многочисленных боевиков. В бою погибло 14 человек, но основные силы смогли прорваться.
Командование подгоняло бойцов, еще не осознавая, насколько крупная группировка террористов сконцентрирована в селе. Показателен эпизод, связанный со старшим лейтенантом Закировым. На совещании один из начальников обвинил офицера, старавшегося беречь солдат и грамотно воевать, в трусости. Закиров болезненно воспринял оскорбление и во время боя пошел впереди своего отряда, который попал в засаду. Раненный осколками в голову и ноги, он до последнего прикрывал товарищей, и погиб когда они отступили. Интересно, что на совещании Закирова обвинили в трусости именно потому, что по его мнению брать этот опорный пункт нахрапом не следовало.
После первых больших потерь было решено полностью блокировать населенный пункт и постепенно уничтожать террористов.
Не дома, а крепости
Большинство домов Комсомольского изначально возводились как укрепления. За толстыми стенами и в глубоких подвалах боевикам было удобно отбиваться от штурмующих. Стены не простреливались ручными гранатометами, и практически каждый дом превратился в опорный пункт.
Для взятия мини-крепостей федеральные силы использовали огонь авиации, танков и артиллерии, свою эффективность показали тяжелые огнеметные системы. К концу операции в селе не осталось целых построек. Для уличных боев характерны были большие потери — в Комсомольском солдаты и террористы нередко вступали в рукопашные схватки и забрасывали друг друга гранатами.
Отчаянное сопротивление
Гелаев, понимая, что федеральные войска вот-вот полностью окружат село, ночью 9 марта, вместе с группой приближенных вырвался из Комсомольского, бросив основные силы своего отряда на произвол судьбы. Боевики, спасая свои жизни, действовали умело и дерзко. Среди них оказалось немало наемников, которые в плен не собирались.
Впоследствии помимо арабов в руки федеральных сил попали боевики из Чехии, один индус и два уйгура из Китая. Во второй половине марта террористы начали прорываться из Комсомольского, но эти попытки пресекались огнем осаждающих. С утра до вечера в затянутом туманом селе шли бои и с наступлением темноты солдаты закреплялись в занятых домах. Кольцо окружения постепенно сжималось.
Когда террористы поняли, что они обречены, началась беспрецедентная массовая сдача в плен. 21 марта в руках боевиков осталось несколько десятков домов в центре села, а 22 марта прозвучали последние выстрелы. Для российской армии этот бой стал последней полномасштабной войсковой операцией в Чечне. Однако впереди еще были годы борьбы с террористическим подпольем и мелкими группами бандитов, засевшими в горах.