Деметра (часть 1)
Богиня Деметра относится к уязвимым Богиням в триаде: Гера, Деметра, Персефона. Она является Богиней плодородия, и воплощает в себе архетип Матери. Гомер в "Гимне Деметре" описал её, как "благостная к людям богиня прекрасного облика, с волосами цвета спелой пшеницы... и с золотым мечом" (вероятно, поэтический намек на сноп созревшей пшеницы, который был ее основным символом). Она изображалась как прекрасная женщина с золотистыми волосами, одетая в голубые одежды, или (в основном, в скульптурах) как почтенная, внушительная, сидящая на троне женщина.
Потребность Деметры – выращивание, духовное питание и воспитание других. Она всегда настроена на своё детище. Но привязанность Деметры к дочери была проигнорирована, как и ее страдания, когда Персефону похитили и силой удерживали в подземном царстве. Отец Персефоны – Зевс, не желал признавать сложившуюся проблему и долгое время никак не реагировал на просьбы и ультиматумы жены.
Деметра была самой щедрой и великодушной богиней. Она научила людей возделывать пшеницу и дарила богатые урожаи. Но, как следствие сильных переживаний Деметры по утрате дочери, прекратилось произрастание и рождение всего живого. Голод грозил уничтожить род человеческий. После воссоединения с дочерью Деметра вернула земле цветение и плодородие.
Так и в реальной жизни, женщины-Деметры сметают в гневе всё на своём пути. Такой Деметрой может оказаться начальница, мама, бабушка, подруга, или…часть собственной души.
Запрос клиентки: «Мне хочется завершить свою инициацию, перестать чувствовать себя девочкой, которая вовлечена в отношения родителей. Карта Деметры – это сильная женщина без эмоций, напоминает мою маму. Она улыбается и душит одновременно. Она смотрит сквозь меня и обесценивает».
Образ: «Я нахожусь на поле. Передо мной огромная русская бабища, с толстыми ногами и попой. Она режет пшеницу и сметает её в стороны. Она все время потеет и вытирается фартуком. На меня эта бабища не смотрит. Вокруг поля с пшеницей - горы, она идёт куда-то влево и рубит, рубит…
Я иду по вырубленному ею пути, по жёстким остаткам колосьев, но среди них уже пробиваются новые, зелёные колоски. Мне больно идти по этой дороге, и я ухожу на траву. По мне начинают ползать мошки, и я брызгаю их репеллентом.
Трава мокрая, хочется больше солнца. Зачем я туда иду? Мне хочется посмотреть, откуда пришла эта баба. Я иду босиком, в шортах и футболке и сейчас мне комфортно.
Я иду по траве и вижу ту женщину, которая ходит по полю кругами и срубает всё новые и новые побеги. Тропинка вокруг поля сожжена и женщина меня пугает. Я надеваю кроссовки и ухожу от этого поля. Но женщину нужно остановить, поговорить с ней. Зелёной осталась только середина поля, её она не трогает.
Я пошла навстречу женщине с серпом что бы задать ей вопрос: «Зачем её нужен этот пустой труд?». Она напоминает мне мою бабушку, которая всегда говорила: «А кто, если не я?». Но ведь срезать колосья нужно тогда, когда они созреют, а она зелёные срубает. Можно ведь наблюдать за тем, как колосья растут.
У меня появляются снисходительные чувства к этой женщине. Сейчас она не мерзкая, а родная и послушная. Женщина молодеет и сейчас я могу поговорить с ней».
Рефлексия: «Мне нужно принять в себе маму. Похоже, я веду себя по отношению к мужу также, как женщина в образе с незрелыми колосьями. После образа у меня произошли мощные изменения в отношениях с мужем. Я поняла, что серпом это как будто лишаю его достоинства мужского. Когда Деметра в образе преобразовалась в молодую девушку и серп уже был по назначению, я нарвала пшеницу и взяла с собой. Я поняла, что это мой образ и я могу в нем делать все что хочу, а не терпеть к примеру боль, или то что не нравится, менять образ. И это для меня было шоком, что мне можно! Прям до эйфории. Поэтому ушла с колючих срезанных колосьев на траву и появились кроссовки в образе».