Он встречал так, как и должен был: совсем мелким, но колющим и не оставлявшим надежды на окончание дождем. Забытый дома зонт не сильно заменял капюшон, который ветер норовил вернуть на спину, предварительно выплеснув на тебя по-осеннему холодную влагу. Привыкшие к осадкам местные жители сплошь и рядом были в бейсболках и с рюкзачками, что высвобождало обе руки. Эн захотела зайти в знакомый с соцвремен универмаг – и чуть не купила понравившуюся вещичку, но не срослось. Затем было пальто, но его цена оказалась настолько запредельной, что ушли с пустыми руками. Разительная перемена: в магазине, где три десятка лет тому было свободно на полках и вешалках, но давился советский народ, теперь полно разных одежек на испорченный и не очень вкус, но «на торговых площадях» - всего три-четыре человека. Налицо результат полной и окончательной (ли?) победы над нищетой в отдельно взятой стране. Наутро, после ночного ворочанья в мягких, как гамак, кроватях в гостинице, которая теперь гордо носит имя