Песня XXV из Второй книги [Чего Ты хочешь от нас, Господи, за Твои щедрые дары ...]

Песня XXV из Второй книги [Чего Ты хочешь от нас, Господи, за Твои щедрые дары ...]

Чего ты хочешь от нас, Господи, за свои щедрые дары?

Что за блага, которых у вас нет меры?

Церковь вас не примет, вы везде:

И в бездне, и в море, на земле, в небе.

Я знаю, что ты тоже не хочешь золота, потому что оно все твое,

Что бы в этом мире человек не менял.

С благодарным сердцем, Господи, мы исповедуемся

Потому что у нас нет более красивой жертвы.

Ты владыка всего мира, ты построил небеса

А ты золотыми звездами вышит.

Ты заложил фундамент земли, по которой не ходили

И ты покрыл ее наготу травами.

Под твоим командованием на берегах стоит море,

И он боится перепрыгнуть намеченные границы;

Реки неисчерпаемых вод очень многочисленны,

Белый день и темная ночь знают свое время.

У тебя будет много цветов, которые родит Весна,

Лето к тебе в венке волос идет,

Осеннее вино и разные яблоки,

После этого готовится вялая Зима.

По твоей милости ночная роса упадет на пресные травы,

И жесткая пшеница оживляется дождем;

Каждое животное смотрит на свою пищу из ваших рук,

И вы кормите всех своей щедростью.

Слава вечно, бессмертный Господь!

Твоя милость, твоя доброта никогда не прекратятся.

Спрячь нас, пока соизволишь на этой низкой земле;

Пусть одно всегда будет под твоим крылом.

Песня XXV, а точнее гимн об инципите «Чего ты хочешь от нас, Господи ...», изданная в 1562 году, является одним из величайших шедевров польской поэзии, распространяемых и воспеваемых в церквях по сей день. Произведение носит благодарственный характер. Подопытный здесь - представитель сообщества верующих, прославляющий Бога за отдельные элементы материального мира, представленные связными и чрезвычайно яркими образами. Его красота, разнообразие и гармония, проистекающие из него, проявляются, среди прочего, в цикличности природы («Белый день и темная ночь знают свое время, / Ты хочешь много цветов, Весна рождает, / Ты любишь лето в венке из волос, / Осеннее вино и разные яблоки, / После этого ленивая зима готовится »), наводят порядок. Особая ценность этих дел Бога дополняется тем фактом, что они были созданы для человека. Таким образом, он становится в некотором роде наследником предлагаемых товаров, их управляющим. Грандиозность идеальных «артефактов» Бога («Ты построил небо / И ты красиво расшила золотыми звездами. / Ты заложил фундамент необузданной земли / И покрыл ее наготу многочисленными травами») противопоставляется единственному сокровищу, которое человек может предложить - благодарное сердце.