Вместе с заместителем директора по развитию основной деятельности Музея имени М. А. Врубеля и членом команды «Проекта М» Ириной Гавриленко мы попытаемся понять, как Омск повлиял на судьбы наших героев, которые именно здесь смогли реализовать свой потенциал.
Я пыталась понять, откуда Павел Саввич взялся в моей голове. Исходную точку найти не удалось, но предполагаю, что это случилось ещё в 2011 году. Тогда я помогала готовить мероприятия, посвящённые 100-летней годовщине Первой Западно-Сибирской промышленной и сельскохозяйственной выставки, прошедшей в Омске. Может, Комиссаров тогда попался мне в её участниках, или кто-то из старших коллег подсказал – точно не помню. Но я просто была в шоке, когда прочла его историю. Человек жил где-то под Казанью, далеко отсюда, и почему-то ему захотелось создать в Сибири яблоневый сад. Вот как такое может прийти в голову?
Как мне кажется, для него это был мощный вызов. Крестьянин, садовник – это такой человек, который сегодня садит, а результат получает лишь через несколько месяцев в лучшем случае. Комиссаров же вообще работал с яблонями, деревьями. Там результат откладывается не то, что на год, а на несколько лет. Это не менеджер, совершивший действие и отследивший отклик практически здесь и сейчас. Впрочем, актуальное сегодня понятие борьбы с «чёрными лебедями» (теория, рассматривающая труднопрогнозируемые и редкие события, которые имеют значительные последствия. Автор теории — Нассим Николас Талеб) вполне вписывается в то, что делал Павел Саввич.
Вот он прибывает в Сибирь, добивается того, чтобы ему дали землю в аренду. Высаживает яблони, и в первую же зиму они замерзают. Труд целого года сходит на нет, но Комиссаров высаживает их ещё раз – он человек твёрдый. На вторую зиму яблони съедают зайцы. Что бы сделал наш современник? Наверняка сказал бы: «Бог с ним, с этим садом. Я поеду туда, где лучше растёт!». Но Павел Саввич взял и перенёс сад на несколько километров в место, где точно нет никаких зайцев. Настолько это не давало ему покоя!
Прибавим к этому тот факт, что он – крестьянин без специльного образования, самородок-любитель, человек, который понимает практику, но совершенно не знает теорию. Известно, что первое время над ним посмеивались, открыто говорили: «Куда ты лезешь? Ты кто вообще такой?», не принимали его мнение всерьёз. А он продолжал делать своё дело. Уже впоследствии упорный труд дал плоды: его хорошо знали не только в Омске, но и далеко за его пределами. Он был почётным членом Императорского Российского общества садоводства и огородничества.На той самой выставке 1911 года у него был свой участок, где он высаживал, озеленял, показывал, чего добился за 11 лет. Даже с учётом всех напастей у него были хорошие деревья. Но тогда он получил всего лишь серебряную медаль. Парадоксальная ситуация. Я пытаюсь поставить себя на его место: ты трудишься, вкладываешься, тебя не принимают всерьёз, а ты всё равно, из года в год, 10, 15 лет, продолжаешь делать своё дело. Потрясающий пример стоического отношения. Наверное, это как-то меня и зацепило.
Почему он выбрал Омск? Дать однозначный ответ трудно. Комиссаров был довольно мобильным человеком, что меня, признаться, изумляет. До того, как переехать сюда, он успел пожить в Тобольске и Екатеринбурге. Мы сейчас миллион месяцев размышляем, куда переехать, как конкретно, готовимся, а тогда люди просто брали и делали.
В то время Омск уже был прекраснейшим местом. Через нас проходил Транссиб, с транспортом всё было хорошо. Даже Любинский проспект был замощен! Город красивый, развивающийся. Ещё один важный момент – наше географическое расположение рядом со степью. Ассортимент товаров тут был несколько иной. Это сейчас мы сидим и ворчим, что у нас Uniqlo нет. А тогда торговцы, купцы просто принимали решение открывать здесь свои точки, несмотря на риск. Вот такой неисчерпаемый источник житейской мудрости – история нашего города.
Если хочешь, чтобы что-то было – делай это сам. Комиссаров захотел сделать яблоневый сад в Сибири – сделал. Вопрос только в том, какой ценой? Да, часто мы хотим создать что-то великое, но не хотим трудностей. Разговариваешь с 20-летними ребятами и слышишь, что многие хотят уехать, потому что считают, что здесь реализовать себя почти невозможно. Мне кажется, что это заблуждение – никогда не будет легкости. Особенно в крупных городах с гиперконкуренцией.
Вернёмся к Павлу Саввичу. Я думаю, что он делал свой сад не для людей, а для себя в первую очередь. Да, он после выставки 1911 года продавал яблоки, варенье, водил экскурсии, устраивал чаепития. Ему ведь нужно было как-то оплачивать аренду земли, да и когда ты искренне увлечён чем-то, этим хочется делиться со всеми вокруг. Даже если никто не просит! Но в первую очередь Комиссаров осуществил именно свою мечту. Сейчас много говорят о том, что нам всем необходим здоровый эгоизм, осознанность. Мне кажется, наши предки на самом деле всем этим обладали. И это при том, что они переживали страшное время: 1911 – это за несколько лет до начала Первой мировой войны и через несколько лет после окончания войны русско-японской. Люди просто жили, брали и делали. Без рефлексии – она, конечно, порой бывает полезной, но по большому счёту… Вот, например, Комиссаров свои яблоки отправил царю. Решиться на этот шаг в то время, особенно будучи крестьянином – это сильно. Предположу, что у него особой рефлексии по этому поводу не было.
Он не считал себя героем, вот в чём дело. Это с нашей точки зрения он такой, а сам Комиссаров воспринимал жизнь со всеми сложностями, такой, какая она есть.
Жизнь Комиссарова, на самом деле, очень драматична – у этой истории нет хэппи-энда. В 1919 году казаки гнали огромное стадо коров, шли по нашей степной территории, и тут увидели большой зелёный кусок посреди нее. Соблазн быстро накормить животных победил. Сад был фактически уничтожен в ноль. Это огромная драма, когда ты более 20 лет своей жизни вкладываешь силы в одно место, а кто-то приходит и топчется на всём этом. Если честно, мне кажется, что Комиссаров после этого сошёл с ума. Одно дело, когда молодые деревца съедают зайцы, а другое – когда взрослые люди осознанно загоняют в твой уже полноценный сад стадо коров. Пишут, что Комиссаров бродил между деревьями босой после этого. Он вообще всю жизнь очень просто одевался, такой крестьянин с руками-корнями. Человек земли. Павел Саввич простыл и слёг.
Комиссаров первым вырастил садовые сладкие яблоки в Сибири. Благодаря ему сегодня они есть на наших дачах. До него в Омске росла только дикая яблоня, но сюда везли фрукты из других мест, поэтому какого-то дикого ажиотажа вокруг успеха садовода-любителя не было. Плюс, яблоки не являлись тогда какой-то ключевой точкой в рационе. Это же не картошка! На самом деле Павла Саввича знали, он был заметен. Но мне удивительно, что сейчас в городе нет никаких посвящённых ему памятников. В саду Комиссарова есть надгробие, так что условно он увековечен. Но мне бы хотелось, чтобы в Омске помимо аллеи литераторов появились аллеи дендрологов и аграриев.
У сада и дальше была непростая судьба, но он остался на том месте, где был. Туда с экскурсией можно съездить хоть сейчас – в прошлом году мы взаимодействовали с садом, привозили к ним планшеты с работами художницы из Екатеринбурга Лены Треуголки, посвящёнными отдельным эпизодам из жизни Павла Саввича. Мне вообще кажется, что чем больше людей говорят о нём, тем выше вероятность, что когда-нибудь кто-то, допустим, в Новосибирске, проснётся и подумает: «а сделаю-ка я свой сад как Комиссаров!». Или: «а давайте в Кировском округе высадим аллею Комиссарова, палисадник Комиссарова, клумбу Комиссарова».
Да хоть балкон озеленить в его честь – хочется материального воплощения человеческого интереса. Мне кажется, что когда мы знакомимся с Павлом Саввичем, узнаём его историю, проникаемся, мы в той или иной степени становимся его внуками, людьми, которые не боятся трудностей.