Этим летом я была в отпуске. Так сложилось, что в этом году мы с дочерью отдыхали в Светлогорске Калининградской области. Мы изо всех сил старались, чтобы наш отпуск был интересным, заранее узнав, как это сделать. Про то, что в Светлогорске есть орган, мы тоже уже знали и купили билеты на удобный нам вечер.
Органный зал был расположен в красивом маленьком домике, построенном в немецком стиле. Внутри всё было очень похоже на католический храм – такие же деревянные скамейки. Зал небольшой. Мы заняли свои места. Вышел молодой мужчина, он же оказался органистом. Сам рассказал нам кое-что по теме хорошо поставленным голосом, в том числе перечислил произведения, которые будет играть, и сел за инструмент.
Полилась красивая, ни с чем несравнимая органная музыка. Произведения барочных композиторов. Я слушала и наслаждалась – играл он хорошо. Последнее произведение – одна из фуг Баха. Когда зазвучали первые аккорды, меня как током пробило… Я знала это произведение наизусть, я знала, какая нота будет дальше, какой аккорд будет следующим… И я вспомнила.
…Мне восемь лет и я закончила второй класс. Я приехала на отдых с мамой и старшей сестрой к родственникам в Ригу. Было лето, и мы жили на снятой даче в Юрмале. Мама купила билеты на концерт органной музыки в Домский собор, который находился в старой части Риги, и в один из вечеров мы должны были туда поехать. Орган в Домском соборе тогда был самый большой в Европе, а может и в мире. К тому же он был старый, а не современный. И мы непременно хотели на него посмотреть. Ну и послушать.
В тот день я гуляла днём во дворе и, сняв туфли, ходила босиком по разложенным на дорожки доскам. Так как в Прибалтике часто идут дожди, хозяева дачи положили доски на основные дорожки, чтобы не ходить по грязи. Я часто так ходила – босиком по теплым доскам, но сегодня был видимо не мой день. Или наоборот, мой. Я наступила босой ногой на гвоздь. Откуда он там взялся? Ума не приложу! Я же неоднократно уже так ходила! Но сегодня, наверное, пришёл мой час…
Гвоздь, а был он сантиметра два, мягко вошёл в середину моей стопы. Даже и не особо больно было сначала. Я подняла ногу и увидела в ней дырку, из которой уже начала выступать кровь. Потом обнаружила гвоздь, торчащий из доски острием вверх. А вот потом заорала и побежала к маме. Мама тоже сходила и посмотрела на гвоздь, чтобы понимать – какой глубины рана? Оказалось, хорошей глубины.
Я не помню, как и чем меня лечили, но ногу забинтовали. К вечеру она начала сильно болеть и я не могла на неё наступить.
– Как же ты поедешь на концерт? – заволновалась мама. Я тоже заволновалась. Уже было приготовлено нарядное платье и белые гольфы. Но мы с мамой всегда шли к своей цели, невзирая на преграды. Конечно, я поехала. И конечно, я прихрамывала. Не то слово. Я хромала ого-го как! Но мы добрались до электрички, которая из Юрмалы довезла нас в Ригу и там пешком от вокзала до Домского собора.
В соборе мы сидели на деревянных скамейках. Я слушала орган, а нога моя горела. После концерта на выходе из собора мама купила виниловую пластинку с записью органной музыки. На обложке была фотография органа Домского собора, огромного, величественного и очень красивого. Кое-как я дохромала обратно с концерта на нашу дачу. Больше ничего не помню. Что было с ногой? Как я ходила на песчаный пляж? Купалась ли в море? Наверное, всё было не так плохо. Нога, конечно, зажила. А пластинку из Домского собора с произведениями Баха я сразу поставила слушать, как только мы вернулись из отпуска домой. И снова я окунулась в мир прекрасной органной музыки. Я очень часто её слушала. На пластинке было несколько произведений Баха. Особенно мне нравилась одна фуга. Я «закрутила» это место до шипенья.
В начале музыка звучала достаточно живо, но повествовательно. Потом напряжение нарастало и чувствовалось, что вскоре что-то случится. Тогда я ещё не знала, что такие места в музыкальных произведениях называются кульминация. Я всегда ждала с нетерпением этой кульминации. А потом, когда она проигрывалась, музыка снова постепенно переходила в повествование, которое быстро заканчивалось финальными аккордами. Из раза в раз, слушая фугу Баха, я в свои восемь лет начинала понимать, что жизнь человека, скорее всего, идёт так же. У каждого должна быть в жизни кульминация, к которой мы стремимся всю свою жизнь, ради которой мы и живём, накапливаем опыт, познаём мир. И ждём кульминации - состояния абсолютного счастья. Для каждого это что-то своё. Но почти для каждого это, в первую очередь – любовь. Любовь всей жизни. Или не всей. Но все ждут её. И вот она приходит. Она может остаться надолго. Может пролететь быстро. И тогда человек снова поставит пластинку и будет ждать следующую кульминацию…
…Я сидела на такой же жёсткой скамейке в органном зале, только другом, но тоже в Прибалтике, на концерте органной музыки. И слёзы невольно катились по моим щекам. Прошли десятки лет. Жизнь идёт по спирали. Вся история моей жизни прокрутилась во время звучания знакомой до каждой ноты фуги Баха. Сейчас мой виток оказался так близко к тому, прежнему, из детства, полному надежд. Я оглянулась – рядом сидела взрослая дочь и внимательно слушала музыку. Я подумала, что сейчас моя нога здорова, да и вообще, сегодня я хорошо себя чувствую. У меня было уже несколько кульминаций в жизни, и одна – огромная, полная счастья до краёв, которая закончилась около трёх лет назад… со смертью мужа… Но я снова в зале, где звучит знакомая и любимая органная музыка, и я жду кульминации, как в детстве. Я подумала, значит, всё будет хорошо. Значит, ещё что-то осталось и впереди. Следующий виток.