Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Путешественник с морской болезнью

Морская болезнь… красиво звучит, не правда ли. И сразу представляешь барышню, стоящую у бортика огромного парусника, обмахивающую себя миниатюрным веером… Ага, как бы не так. Морская болезнь в реальной жизни – это когда, спустя пару минут в совершенно любом транспорте, ты понимаешь, что все внутренности сейчас вылезут наружу. …И с этой проблемой я живу уже 30 лет… Морская болезнь была у меня с самого детства. Но родители меня «не щадили». Моя бабушка жила в небольшом городке, в 70 км от нас. Еще раз – в 70! В 90-е туда ходил пазик, вонючий-превонючий. От одного запаха гари можно было исполнить риголетто, не входя внутрь. До бабушки он ехал два с половиной часа. Еще раз – два с половиной часа! Если мы приезжали в гости на день, то для меня этот день выглядел так: автобус, хреново, кровать, автобус, хреново, кровать. Единственным верным другом мне тогда (хотя он остается и по сей день) был полиэтиленовый пакетик. Прижался к окошку, пакетик открыл, голову отпустил и – вуаля, вы – великол
Оглавление

Морская болезнь… красиво звучит, не правда ли. И сразу представляешь барышню, стоящую у бортика огромного парусника, обмахивающую себя миниатюрным веером… Ага, как бы не так.

Морская болезнь в реальной жизни – это когда, спустя пару минут в совершенно любом транспорте, ты понимаешь, что все внутренности сейчас вылезут наружу.

…И с этой проблемой я живу уже 30 лет…

Морская болезнь была у меня с самого детства. Но родители меня «не щадили». Моя бабушка жила в небольшом городке, в 70 км от нас. Еще раз – в 70! В 90-е туда ходил пазик, вонючий-превонючий. От одного запаха гари можно было исполнить риголетто, не входя внутрь. До бабушки он ехал два с половиной часа. Еще раз – два с половиной часа! Если мы приезжали в гости на день, то для меня этот день выглядел так: автобус, хреново, кровать, автобус, хреново, кровать.

Единственным верным другом мне тогда (хотя он остается и по сей день) был полиэтиленовый пакетик. Прижался к окошку, пакетик открыл, голову отпустил и – вуаля, вы – великолепны.

Волшебные таблетки

Лет в 15 мама принесла мне волшебные таблетки и молвила: одна действует 7 часов. Я пила по две. Как бы вам объяснить эффект: ты все понимаешь, но медленнооо, говоришь медленннооо, делаешь медленнооооо. Одним словом, заторможенность колоссальная. Такое ощущение, что становишься пельменем. Зато не укачивает.

А теперь представьте: приезжаю я такая в новый город (как сейчас помню - Бахчисарай), гид говорит – выходите из автобуса, а я, как слизняк, выползаю из него. Все фотографируются, разбежались по какому-то там дворцу, а я как слизняк, передвигаюсь по тротуару. Все побежали покупать халву, а я как слизняк, не понимаю, куда все побежали.

Кстати, фотографии я все-таки сделала, но глаза, как у кукушки, выдают меня с потрохами.

С этими таблетками я жила лет 5 даже на близкие расстояния. Предлагала их друзьям, которые тоже иногда укачивались. Те, кто пробовал их, потом открещивались. Слабаки.

-2

Знаете, как я от них отвыкла. Элементарно – забыла. И вот еду я впервые без таблеток в маленьком автобусе (был выезд на какой-то там фестиваль за город). Сижу, боюсь сделать лишнее движение головой, дыхнуть даже боюсь. И каково же было мое удивление, когда я доехала и не укачалась. На радостях напилась на фестивале и на обратном пути обделала сумку (пакетики я тоже забыла).

Принцип двадцати минут

Сейчас я живу по принципу 20 минут. Объясняю. Таблетки я уже не пью, но меня до сих пор укачивает. Не так, как в молодые годы, но тем не менее (пакетики еще при мне).

Так вот, главное – принятие. Я всем говорю – попутчик из меня хреновый. Если уж со мной увязались, на мои рыгашки внимание не обращайся. А просидев с пакетиком всю дорогу, выходишь из транспорта (пакет – в урну), воды попила, в зеркале макияж поправила, и жду 20 минут. Отпускает, как и не было. Привыкла. И фотографий с глазами кукушки у меня больше нет.