Случай в гарнизоне.

Я человек военный, сейчас в отставке, Служить пришлось в разных гарнизонах, но вот Сарапульский пришелся на мои молодые годы, и запомнился службой особенно. Это были годы конца семидесятых прошлого века. Служба была по связи, не скажу, что обременительная. Особых происшествий не было, всё вроде спокойно в части, и вдруг тревожный вызов из части. Сбежали два солдатика прямо с автоматами боевыми, и нас вызвали на их поиски. Ночь прошла безрезультатно, наступил день, и поиски продолжились. Вышли в поле, была осень, кстати. Идём цепью, и вдруг видим их. Стоят около большого копна сена, видно в нём и ночевали. Наставили на нас автоматы и кричат:"Стоять". Что делать? Не хочется лишать жизни никого. Доверили мне идти на переговоры с ними. Я их знал, они меня. Часть была небольшая. Иду и мысленно прощаюсь с жизнью. Что на них найдёт. Дома молодая жена и грудной ребёнок. Иду и ищу подходящие слова для диалога со сбежавшими. Они стоят с автоматами наготове и между собой переговариваются. Кричу им, ребята, что вы задумали, надоело жить, у вас жизнь ещё вся впереди. И вот так, пока шёл по полю к ним, всё время с ними говорил. По простому и душевному. Они молчали, но видно было, что раздумывали. Пока я шёл к ним, вся жизнь проносилась в голове перед наставленными автоматами. Ждал выстрелов, их не было, вижу, что солдаты автоматы опустили и подняли руки вверх. Они сдались. Потом сказали, что благодаря мне. Конечно, их ждал военный трибунал и скорее всего дисбат. А я был в то время молодой офицер связист. Никаких наград я не получил, объявили перед строем благодарность с занесением в личное дело. А потом перевод в г. Челябинск. Они остались живы, я остался живой, и этот случай не выходит из памяти много лет, какие мои слова подействовали на солдатиков, так и не знаю. Я много говорил с ними, пока дошёл до них. Не знаю о их дальнейшей судьбе. Моя же гарнизонная жизнь продолжалась ещё много лет.