Требовалась информация. Компьютер вычислил, что для него было оптимальным продолжить курс

Требовалась информация. Компьютер вычислил, что для него было оптимальным продолжить курс. В самом худшем случае погибнет всего лишь одиночный крупный корабль. Он обдумал отправку на базу курьера с донесением, но воздержался, просчитав, что люди заметят его и уничтожат раньше, чем он сможет выйти в открытый космос. Если случится провал, то пусть его собственное сообщение предупредит остальных.

Берсеркер величественно, как сказали бы люди, двинулся вперед, руководимый только одним желанием — убивать.

Сначала по возможности ему следует избавиться от выставленных против него истребителей. Они были широко рассредоточены, но маневрировали в основном возле своей цели. Вычисления и принятое решение: двигаться их путем, искать встречи, тем временем установить орбиту и начать стерилизацию, отбрасывая любой уцелевший человеческий корабль, который осмелится отвлечь берсеркер от его миссии.

Он качнулся и пошел вниз, то же сделали и маленькие суденышки, сосредоточившись в пространстве над терминатором. Берсеркер продолжил путь. Истребитель смело рванул вперед. Берсеркер сместил векторы, чтобы сократить расстояние и вышел к границе атмосферы на скорости меньше орбитальной. Его тело медленно по кривой пошло на снижение. Но параметры уже были в его банках данных; двигатели заработали, чтобы снова под- нять его вверх, просто используя силу гравитации.

Из ночной черноты, что была под ним, блеснула молния.

Мгновенно отреагировал огневой контрольный центр корабля. Сразу, как только датчики уловили сквозь металл всплеск энергии, была выпущена ракета.

Времени хватило только на одну. Берсеркер перевернулся и, разрезанный пополам, начал падать. Вокруг заплясали звезды, раскаленные добела капли того, что когда-то было оружием, они остывали и становились черными. Управляемый радаром луч со скоростью света продолжал свою работу. Отрезанный от всех проводов центральный компьютер плыл в своем корпусе среди других обломков — слепой, глухой, немой и беспомощный.

Человеческие суда рванулись спасать уцелевшие обломки, пока они не успели обратиться в метеоры.

…Молодая растущая Олта холодно отсвечивала красным мерцанием

над Снежной Короной. Горы внизу вставали зазубренным крепостным валом под созвездиями, которые Земля никогда не видела. Во впадине предгорья отблески костров отражались в сотнях и сотнях глаз Илиан, столпившихся вместе. Эту ужасающую тишину нарушал лишь редкий звук. Все хранили молчание.

Салли Дженнисон тоже сидела, сгорбившись, как и они. Она, чужак с голой кожей, хуже всех переносила холод и больше всех нуждалась в тепле. Ее друзья, которые собрали и привели сюда остальных, сидели на корточках по обе стороны. Она почти физически ощущала их вопрошающие взгляды.

Радуга-в-Тумане облек вопрос в слова: «Сколько нам еще ждать, Леди- Которая-Ищет? Еда, что мы принесли с собой, кончается. Малые и старые страдают. Ты и сама это хорошо знаешь».

«Да, знаю», — ответила Салли. Дыхание белым призраком сорвалось с ее губ. От голода ее голова стала легкой; ее собственные припасы кончились несколько часов назад, когда она привела народ Джесердала на восток в укрытие: «Лучше терпеть невзгоды, но жить, чем умереть».

Легко, как перышко, он прикоснулся к ее руке. «Тебе приходится тяжелее всех», — пропел он. — «Мы бы не хотели потерять ту, которую любим. Когда все смогут вернуться назад?»

«Когда минует опасность».