В кругу ближайших сподвижников Петра I было два Брюса. Они были родными братьями, происходили из старинного рода, который корнями уходил в древнюю историю Нормандии. Свое начало род ведет от ирландских и шотландских королей. В смутные времена Кромвеля один из предков Брюсов выехал в Россию и поступил на службу к царю Алексею Михайловичу. И потомок столь значимого рода Яков Вилимович Брюс приобрёл репутацию одного из первых в Петербурге ученых людей. Он занимался реформами в русской артиллерии, руководил инженерным и морским училищами, занимался государственной казной и внешней политикой страны, стал астрономом и естествоиспытателем, составлял словари. Перечислять его вклад можно долго, подробнее на этом мы остановимся чуть позже.
Однако, несмотря на все это, о нем сложилось огромное количество мистических легенд, его опасались, даже считали колдуном. Именно ему приписывали создание живой куклы, полёты на механической птице, изготовление вечных часов и эликсира вечной молодости. А ведь человек, получивший в народе звание чернокнижника и колдуна, был награжден высшей наградой Российской империи – орденом святого Андрея Первозванного.
Из всех «птенцов гнезда Петрова» старший из Брюсов, Яков Вилимович, был, пожалуй, самым популярным. Он получил хорошее домашнее образование и рано пристрастился к наукам. В 1683 году он был записан в «потешное войско» Петра I, а с 1689 года стал неразлучным спутником царя. Вместе с Петром Брюс был во всех его основных военных походах, а в Полтавском сражении командовал всей русской артиллерией.
Блестящий математик и астроном, Брюс был назначен сенатором и президентом Мануфактур- и Берг-коллегий. В его ведении находилась Московская гражданская типография. Якову приписывают авторство так называемого «Брюсова календаря», выпущенного в Москве в 1709–1715 годах. Хотя бытует мнение, что Брюс к нему не имел никакого отношения и, в лучшем случае, занимался лишь редактированием.
В Петербурге, особенно среди людей непросвещенных, он слыл магом и чернокнижником. До сих пор можно услышать легенды о хитростях, которые Брюс «знал и делал». Сохранилось предание о том, что однажды он смастерил механическую куклу, которая могла сама двигаться и даже говорить. Куклу эту Брюс будто подарил Петру, а затем она куда-то пропала. И никаких чертежей тоже не сохранилось, только людская молва, которая, стоит признать, была весьма убедительной.
Еще говорили, что Брюс «додумался до того, что хотел живого человека сотворить, заперся он в отдельном доме, никого к себе не впускал. Никто не ведал, что он там делал, а он мастерил живого человека». Человека он, как утверждали современники, решил изготовить из цветов, и когда работа уже приближалась к завершению (оставалось только вложить в тело «душу живую»), обо всем узнала жена Брюса. Она заглянула в дверную щель и пришла в ужас, увидев перед собой соперницу. Разъяренная женщина вышибла дверь, ворвалась в комнату и начала крушить сделанную из цветов девушку. Никаких доказательств ее существования в дальнейшем тоже найти не удалось.
И раз уж мы заговорили о жене Брюса… Письма Якова Вилимовича почти не раскрывают его личной жизни, это по большей части деловые сообщения о количестве пушек и артиллерийских припасах, о выполненных царских поручениях и т. д. Казалось, личной жизни у него не было вовсе. И все-таки этот суровый, замкнутый человек был страстным коллекционером: собирал картины, коллекции древних монет и редких минералов, а также гербарии.
На самом верху Сухаревой башни, которая навсегда в памяти осталась связанной с именем Брюса, «колдун» оборудовал астрономическую обсерваторию, где в свободное от службы время наблюдал за звездами. Как говорили, в этой башне стали проходить встречи «Нептунова общества», которое появилось с приездом Петра из Европы. К сожалению, на чем это общество сосредотачивалось - тоже вопрос, не сохранивший ответа. Председательствовал на его заседаниях Франц Лефорт во дворце на Яузе, но после его кончины за главного стал выступать уже Яков Брюс. Скорее всего, это был тайный совет приближенных к царю соратников. Правда, местное население наделило его совсем другими свойствами. Суеверные москвичи верили, что на собраниях занимаются всякими «непотребствами», колдуют. А сам Брюс по ночам летает над городом на железной птице. Особенно обсуждались возможности «чернокнижника» превращать свинец в золото и то, что он изготавливает эликсир молодости.
По слухам, в Сухаревой башне хранилась знаменитая «черная книга», которая давала власть над всем миром и открывала все тайны. Горожане считали, что общество сохраняет книгу, а стерегут ее 12 духов. Книгу написал сам Князь Тьмы, а владевший ею Брюс мог находиться в любом месте на земле и под землей, мог найти все, что спрятано и потеряно, и был чуть ли не самым всесильным человеком на свете. Перед смертью он якобы спрятал книгу в переходах под Сухаревой башней, что затем еще долгие десятилетия не давало покоя даже властьимущим. В 1934 году при реконструкции Москвы советским правительством было принято решение о сносе башни. Рассказывают, что рабочим были даны конкретные установки на поиск кладов и тайников. В стенах башни действительно были найдены старинные книги, но никакой таинственной «черной книги» там не оказалось (да и не существовало ее, если говорить серьезно).
Брюс умер в 1735 году, на целых десять лет пережив императора. Однако фольклор пренебрег этим фактом ради еще одного выразительного штриха. Сохранилось предание, что, умирая, Брюс вручил Петру I склянку с живой и мертвой водой. Сказал, если царь пожелает видеть его ожившим, пусть спрыснет труп этой водой. Прошло несколько лет, и Петр, вспомнив о магической склянке, велел вскрыть могилу чародея. К ужасу присутствовавших оказалось, что покойник лежит в могиле словно живой, у него даже выросли на голове длинные волосы и отросла борода. Царь был так поражен увиденным, что велел скорее зарыть могилу, а склянку разбил.
Правда, согласно одному из вариантов этой легенды, оживление не состоялось по другой причине. Будто бы царь был с похмелья, склянка в его руке дрогнула, и вся жидкость пролилась в землю. В любом случае, ни одна из этих версий не может быть правдивой.
В заключение мне хочется повторить слова испанского посла в России герцога Лирийского, который сказал о Брюсе: «Одаренный большими способностями, он хорошо знал свое дело и русскую землю, а неукоризненным ни в чём поведением он заслужил общую к себе любовь и уважение». И такая оценка и признание заслуг талантливого соратника царя Петра будут повесомее всех слухов о нем.