За взмывшею с дерева стаей мы вышли с чужого следа- к ильинской церкви, не зная, что там отпевали тогда. Таинственное свеченье вместительных темных лампад сродни огонькам, по теченью сносимым в соседний посад, по тяблам алтарным кочуя, тускнело вдали, как будто мы в реку ночную по самое горло вошли. Сородичи тоже покорно неплотно стояли кольцом над новопреставленным в черном с покорным бесполым лицом. Катилась капель, обжигая, по пальцы со свеч. В рассеянных поисках рая, гнезда родового сиречь, когда мы на кладбище старом гуськом миновали кресты, имен не читая, недаром невольно поежилась ты.
За взмывшею с дерева стаей
мы вышли с чужого следа-
к ильинской церкви, не зная,
что там отпевали тогда.
Таинственное свеченье
вместительных темных лампад
сродни огонькам, по теченью
сносимым в соседний посад,
по тяблам алтарным кочуя,
тускнело вдали,
как будто мы в реку ночную
по самое горло вошли.
Сородичи тоже покорно
неплотно стояли кольцом
над новопреставленным в черном
с покорным бесполым лицом.
Катилась капель, обжигая,
по пальцы со свеч.
В рассеянных поисках рая,
гнезда родового сиречь,
когда мы на кладбище старом
гуськом миновали кресты,
имен не читая, недаром
невольно поежилась ты.