На этом обед и закончился.

В то же время он принес мне платья, вырезанные под местную моду, так что, если бы не мое толстокожее тело, я ничем бы не отличался от Соляров.

Позже меня пригласили на обед.

Я вошел в зал, где на восточный манер стол был низким, а вместо стульев – подушками на земле. Неизвестный мне инструмент (но не граммофон) сам по себе играл красивые мелодии.

Собственно, на столе была только хрустальная стрекоза, в которой помещались лепешки вроде тех, которыми утром угощала меня Дамаджанти.

Нас за столом было трое, это мои хозяева и я. Я подражал им во всем: каждый брал по одной лепешке-и на самом деле это составляло целый обед. Кроме того, я видел, что они одновременно брали в руки вазочки с цветами, стоявшие на столе перед каждым из нас, и вдыхали их аромат, особым образом, чему я не мог научиться. Как мне потом объяснили, запахи составляли не менее серьезную часть пищи, как и эти таинственные лепешки.

Кроме того, на столе был графин родниковой воды и небольшая фляжка, наполненная бесцветной жидкостью. Хозяева угостили меня какой – то жидкостью, которая разносится водой, - и сами себе подобную выпивку приготовили. Ликер был добрее любого вина.

На этом обед и закончился.

Мне пришлось еще раз рассказать свою историю и о моей встрече с госпожой Дамаджанти и ее компанией – и в то же время я с трудом вспоминал, На кого похож Дамаджанти.

Но и мне было любопытно; я спросил своего хозяина, что это за блюдо эти лепешки; что это за напиток-и откуда он берется? - Это искусственное изделие, но мы его знаем довольно давно. Он дает нам сумму должной всех элементов, необходимых для питания тела и освобождает нас от борьбы за еду, которая у вас, строго говоря, вся жизнь заполняется: мы видим это у Telurów, у Kalibanów и у Англичан. Одной лепешки в день вполне достаточно, но две, даже три, не повредят.