Пришла осень, и открылся новый гастрольный сезон. Для публики это означает встречи с любыми артистами, открытие новых имен и просто удовольствие от «живых» концертов.
А что такое гастроли для музыкантов? Это – возможность видеть новые города, неплохо заработать, обкатать новые песни.
Вокалист ансамблей «Веселые ребята» и «Аракс» Анатолий Алешин сравнивает гастроли с полетом! «Когда ты приезжаешь в город, а там концерты во Дворце спорта, и твои афиши висят на всех заборах, а за билетами – давка! Это – прекрасные ощущения!»
Правда, сам Толя в ходе своих самых первых гастролей испугался этих ощущений: «Впервые на сцену в составе «Веселых ребят» я вышел во Дворце спорта в городе Горьком. Ох, это было испытание! Открывается занавес, я вижу такое море людей, какого никогда прежде не видел: пять тысяч народу! Полный аншлаг! И меня, конечно, заклинило. Слова песен я не забыл, но когда из зала идет такой энергетический напор, то человек неподготовленный просто теряется. Кроме того, я взял жвачку, чтобы не пересохло от волнения во рту и не прекратилось слюноотделение, чтобы я петь мог. Это было жуткое зрелище: человек с вытаращенными от ужаса глазами и нервно жующий…»
Многие помнят тот великолепный гастрольный тур, который в начале 1980-х годов предпринял по городам СССР ансамбль «Аракс», ранее более известный по работе в театре «Ленком». Так вот это именно Анатолий Алешин убедил музыкантов группы оставить театр и пуститься в путь. «В театре были двухмесячные летние каникулы, - вспоминает Толя, - и я предложил отправиться на гастроли, тем более, что от филармонии такое предложение поступило. «Давайте поездим? Может, понравится?» И мы поехали. Никто не знал нашего гастрольного потенциала, ни филармония, ни мы сами. Но провезли нас по летнему туру – и тут же посыпались предложения приехать в разные города...»
А вот солист ансамблей «Надежда» и «Пламя» Алексей Кондаков сразу же влюбился в гастроли: «В начале 1977 года ВИА «Надежда» отправилась в Харьков. Это были мои первые гастроли. Больше всего меня в той поездке поразило то, что мы работали во дворце спорта, где играли по три концерта в день. Я дворцы спорта любил с детства, потому что играл и в футбол, и в хоккей. Мне очень близка атмосфера дворца спорта. Она меня будоражит. Это - мое место! И вдруг мы должны играть концерты в огромном Дворце спорта! И я должен стоять на сцене! А там - пять тысяч народу! Это было самое яркое впечатление от первых гастролей».
Плох тот музыкант, который не любит гастроли, но есть некоторые «но»...
Мир посмотреть?
Желание музыкантов увидеть новые города было огромным, но далеко не всегда выполнимым. Это сейчас группа приезжает в город, дает один концерт - и уезжает. В прежние времена ансамбль прибывал в новый город на неделю, а то и дольше. Чтобы выступление артистов смогли увидеть все желающие, концерты подчас начинались в 12 дня, а заканчивались в полночь.
Певица Людмила Ларина, долгое время проработавшая в ВИА «Надежда», а широкую известность и любовь публики обретшая после исполнения песен в фильме «Ах, водевиль, водевиль», вспоминает: «Мы объехали все крупные города. Но везде нас привозили в зал рано утром на автобусе, а отвозили вечером, когда стемнеет. То есть сами города мы не видели. После концертов я ехала и вглядывалась в окна, где какие лампочки горят, какие абажурчики. Очень хотелось уюта домашнего. Особенно если из дома уезжаешь на полтора месяца, а у нас гастроли бывали очень длительные».
Певец Юрий Петерсон рассказывал, что однажды он и двое других певцов «Веселых ребят» Леонид Бергер и Юлий Слободкин разговорились о том, что туристы, приезжая в какой-либо город, обязательно посещают различные достопримечательности, а музыканты видят только стены концертного зала, в котором работают. И они решили, что на ближайших гастролях тоже отправятся смотреть красивые места.
Ближайшие гастроли оказались в Красноярск. Музыканты взяли такси и отправились в заповедник Столбы. Машина подвезла их к подножию скал. Дальше нужно было лезть четыре с половиной километра вверх. С трудом, но залезли. Но потом было самое страшное: спуск вниз.
Вернулись в гостиницу - все мышцы болят, ноги дрожат и не слушаются своих хозяев. И вот в таком состоянии они отработали в тот день три концерта…
«Так что мы - не туристы!» - закончил рассказ Юрий Петерсон.
Зато можно заработать
Гитарист ВИА «Голубые гитары» Юрий Валов в свою первую гастрольную поездку отправился на Урал. Стояла осень, а там - такая красота!
Вернувшись домой, он выложил на стол семьсот рублей, заработанные за две недели концертов. Мама испугалась и позвонила руководителю «Голубых гитар» Игорю Яковлевичу Гранову: «Что это такое?! Откуда эти деньги?»
«Не беспокойтесь! Это все официально, - ответил ей мэтр. - Теперь ваш сын будет хорошо зарабатывать...» Но она все равно была обеспокоена, потому что не очень хорошо понимала, что происходит. Мама Валова, работая кинооператором на «Мосфильме», получала 120 рублей. А тут ее сын, 23-летний парень, уезжает на две недели и привозит огромную пачку денег!
Алексей Кондаков рассказывал, что его «Надежды» очень много ездила по стране, и выходных во время гастролей не бывало. Но за это они получали очень приличные деньги.
«Мой тесть – вспоминал Алексей, - в то время работал на часовом заводе и зарабатывал очень хорошие деньги - 360 рублей в месяц, когда другие получали по 120 рублей. Он очень гордился этим. И вот приезжаю я с первых гастролей, а это был конец 1977 года, и привожу деньжищи: 800 рублей! Бедный Николай Степаныч был просто убит наповал! Как ревниво он на меня смотрел: вот я работаю на заводе... каждый день в 6 утра... ни свет, ни заря мне надо вставать, идти к станку, на работу, а тут вдруг 20-летний пацан такие деньги привозит за полмесяца!..»
100 концертов
Да, артисты зарабатывали очень хорошо и, можно сказать, вели богемную жизнь. Но за этими зарплатами и богемностью стояла очень напряженная работа.
«Первый концерт у нас, как правило, начинался в 12.00. Следующий - в 15.00, затем – в 18.00, а последний – в 21.00, - объяснял солист ансамблей «Веселые ребята», «Самоцветы» и «Пламя» Юрий Петерсон. - Самым драйвовым был, как это ни парадоксально, последний концерт. Казалось бы, все уже устали, все эмоции уже давно выплеснулись наружу, но осознание того, что вот сейчас мы отыграем концерт - и можно будет отправиться в гостиницу, поужинать, пообщаться и лечь спать, придавало новые силы. Поэтому публика всегда стремилась попасть именно на последний концерт. А мы работали так, что, как говориться, дым стоял! Мы были молодыми и рвались в бой. Причем работали мы не ради денег. Нашей главной целью всегда было «снести» зал. И мы это делали. За 25 дней в городе Донецке мы дали 100 концертов. Когда отработали сотый концерт, то прямо на сцене заорали: «Стольник!»
Алексей Кондаков рассказывал, что его ВИА «Надежда», будучи на гастролях на Дальнем Востоке, за двадцать дней также отыграл сто концертов.
«Сто концертов сыграть за одну поездку! Ужас! – смеялся Алексей, явно гордясь таким достижением. – Казалось бы, потом надо целый месяц отдыхать. Но нет, приехали в Москву, отдохнули неделю - и снова на гастроли!»
«Зеленые концерты»
Последний концерт каждых гастролей на слэнге музыкантов называется «зеленым». В ходе такого концерта принято подшучивать над любым участником ансамбля, даже над руководителем, и тот не будет ругаться, только посмеется вместе со всеми. Шутки помогали снять напряжение гастролей.
Юрий Петерсон вспоминал: «Самоцветы» выступали в Свердловске, и в самый разгар концерта вдруг погас свет. Ба-бах! Что-то взорвалось - и нет света. Когда, наконец, прожектора вновь зажглись, я обернулся и увидел, что у нашего барабанщика Юрия Генбачева вместо хета стоит… мусорный бачок, тот, что с педалью, на которую нажимаешь - и крышка открывается. Пока света не было, кто-то успел заменить. Возможно, ради этой шутки и электричество специально вырубили. Но таких профи, как Генбачев, не прошибешь! Он нажал на педаль, крышка поднялась – и по этой крышке как ни в чем не бывало он начал барабанной палочкой отбивать ритм...»
Над Петерсоном однажды тоже довольно жёстко подшутили.
«Стоял я в свете прожектора и пел песню «Мами Блю». В ней разворачивается целая трагическая ситуация: герой песни вернулся домой, а мама уже на кладбище.
В финале песни вырубался свет, и я в темноте уходил за кулисы. Тишина, пауза. Затес свет снова вспыхивал – и я грустно выходил из-за кулис.
И вот какой фокус сотворили мои дорогие коллеги… На последних словах в песне я почти рыдаю: «Мама! Мама!» Гаснет свет, потом прожектора снова вспыхивают – и на том месте, где я только что стоял, красуется пара белых концертных полусапожек, из которых валит дым. Зрители, увидев это, заорали благим матом: чувак-то сгорел на работе… Как потом оказалось, это Валя Дьяконов забрался в суфлерскую будку, которая стояла посреди сцены, закурил, а дым выдохнул в полусапожки…»
Вот такая правда о гастролях. От трех до шести концертов в день на протяжении нескольких недель - это чисто советское явление, нигде и никогда ничего подобного не бывало. И не будет.