Мама с облегчением вздохнула после моих слов

Потом она рассмеялась, потирая поясницу.

— Да ладно, не красней, дочь. О чем вы думали, когда, услышав шум драки, кинулись на помощь?

Я покраснела еще гуще. Этот сентимент победил ее, а не я. Ну и хорошо.

— Так мы были заняты…гм…очень хорошим.
Я осеклась, замялась.
— Ну, в общем, очень хорошим. Поэтому не обращали ни на кого внимания. А ты, отец, почему здесь? Тебя тоже укусили?
Отец замер, потом буркнул:
— Я-то?
Я прыснула.
— Ну, я сразу почувствовал, что кто-то за столом утащил мясо. Я обернулся посмотреть, что происходит, а там опять эти двое дебоширят. Ну я вмешался.
Отец замолчал. Я тоже молчала, не зная, что сказать.

В конечном итоге убедили, что мы, если хотим, можем идти спать. Пока мама с отцом топали к себе в комнату, мы с Лукасом остались в зале.

Меня смущал его взгляд. Я его избегала. Он как будто не одобрял нашего с Лукашем романа.
Как мне не хватало наших разговоров наедине.
Но терпеть пока он сам не заговорит было тяжко.
И я спросила:
— Лукас, а ты почему не играешь?
— Как? Ты не видела?.. Ну тогда я сейчас.
Он быстрым шагом подошел к сцене и, тихо ступая, в обнимку с гитарой нырнул под нее.

На скрипучих ступеньках, предназначенных для танцоров, сидели Дэнни и Уолтер. Дэнни дремал, а вот Уолтер сидел на лестнице, опирался на раздвижной поручень и бездумно глядел в огонь.
У меня выступили слезы на глаза. Дэн все-таки молодец, как-то сумел выкрутиться из сложной ситуации. Взял время на раздумья, даже не сказав мне ни слова.

Лукас что-то простучал струнами, и Уолтера словно стерло с лестницы. Он спрыгнул вниз и направился ко мне.
Мы вместе поднялись в зал.
Пока Лукас в раздевалке переодевался, я подошла к окну, вглядываясь в темноту. Снег перестал идти, но было холодно. Я стояла и, убаюканная тишиной, смотрела в ночь.
В зале негромко играла музыка.