Фильм этот, на мой взгляд, ценен самим фактом своего явления. Тем, что он случился. И в этом есть определенное культурное чудо. Как часто мы слышим от детей: «Как жаль, что я не успела (или не успел) поговорить со своими родителями. Все откладывала (или откладывал). Я бы столько спросила (или спросил). Юля Меньшова успела поговорить со своим папой. И успела задать ему какие-то вопросы перед смертью. Даже успела, по ее словам, все смонтировать, до того как…
Моя мама тоже умерла в этом году. А у меня осталось много вопросов. Я уверен, что ответы до меня еще дойдут, но, тут ведь важно само проговаривание человеком. Проговаривание есть воздействие на миропорядок. Наверное, и вопросы не так важны, сколько вот эта предоставленная возможность высказаться за какое-то короткое время до прощания. До перехода. До новой жизни. Я убежден, что люди (особенно пожилые) эту близость чувствуют. Мало того, принимают. И у них уже есть это определенное состояние преодоления. Реального переживания. Прохождения через. Наконец, говоря открытым текстом, состояние преодоления страха смерти, за которым мы все так активно охотимся в течении жизни.
В этом смысле такой фильм-беседа – самая, что ни на есть «красивая и правильная История». Миф, Ритуал и жертвоприношение. Каждый поймет, как сможет. Но, в таком разговоре все это есть. И с этой точки зрения, это большая творческая удача Юлии Владимировны, хотя и давшаяся с потом и кровью. А потому, большое спасибо ей и Владимиру Валентиновичу за состояние, которым он с нами поделился…
