Когда они съехались, он с гордостью заверил ее, что с ним она больше не будет плакать.
И она действительно больше не плакала. Даже спустя 1,5 года, когда он позвонил поздно вечером, как обычно это делал, чтобы спросить, что купить к столу, только на этот раз так же буднично сказал ей, что больше не вернется, и повесил трубку.
С недоумением она переводила взгляд с телефона на обручальное колечко, которое он вручил ей 3 месяца назад, и обратно на телефон. Возможно, именно это помогло ей не заплакать сразу.
А потом она уже не смогла это сделать, как ни уговаривала себя. Не помогали даже долгие прогулки по окрестностям под заунывные песни в наушниках. Он же обещал, что плакать она не будет - казалось, это сработало для нее как заклинание.
А еще она никак не могла понять, когда именно что-то пошло не так.
То ли тогда, когда она решила, что в ее жизни больше не будет алкоголя, не обсудив это с ним за привычным вечерним бокалом вина.
То ли тогда, когда он увидел ее почти одновременно приболевшей, грустной и не согласной с ним в чем-то. Как Будда, вышедший за ворота дворца-семейной идиллии, так трепетно охраняемой ею обычно.
То ли тогда, когда она случайно заглянула в его открытый браузер и, увидев переписку с дамой из его прошлой жизни, попросила заблокировать ее.
Видимо, именно тогда он и осознал, что скоро его холостяцкой жизни придет необратимый конец. И при этом рядом с ним вовсе не постоянно довольная, здоровая и во всем солидарная женщина. Разве что не плачущая. Но теперь и не выпивающая. А еще - активно призывающая его к тому же.
От этого открытия он как будто протрезвел, хотя был порядком пьян в тот вечер. Поэтому единственное, что он мог ей сказать: "Мне кажется, меня к тебе больше не влечет", и сам в шоке от своего признания, в -30 ушел спать в машину.
Утром он вернулся, как ни в чем не бывало. Чмокнул ее в щеку: "Волновалась?", позавтракал и ушел на работу. А она вскоре улетела с подругой на Кипр отмечать свой день рождения.
Созваниваясь с ним оттуда, она отмахивалась от воспоминания того вечера, как от дурного сна. Даже не представляя, что по приезду снова в нем очутится, но уже застрянет там навсегда.
...Чтобы отвлечься от вида обручального колечка на пальце в тот вечер, она сосредоточилась на телефоне. Пересмотрела фотографии с Кипра. Установила изображение себя, счастливой, на экран смартфона. Позвонила подруге и поделилась новостями...
Только спустя еще 1,5 года, упорядочивая иконки приложений все с той же фотографией на заставке телефона, она поняла, что с помощью нее попыталась не зафиксировать свою счастливую жизнь рядом с ним, а дать себе понять, что она вполне возможна и без него.
И плакать она не могла не от болевого шока, а потому что в глубине души приняла то же решение еще задолго до того судьбоносного звонка.
Просто озвучила его не сама - он сделал это за нее, будто почувствовал ее желание и нерешимость.
Ведь в целом у них были идеальные отношения! Так что разрыв стал таким же идеальным.