«Наш мир стал заложником странного противоречия: мы верим, что сумеем «гарантировать стабильность и мир на основе ложной безопасности, опирающейся на менталитет страха и недоверия».» Франциск, Папа Римский – FRATELLI TUTTI («Все – братья»), о братстве и социальной дружбе.
«Там, где виновны все, не виновен никто; признания в коллективной вине— это лучшая гарантия против обнаружения настоящих виновных, а сам масштаб преступления — лучшее оправдание для бездействия.»
Ханна Арендт – О насилии.
Поговорим немного о политике. Карл Шмитт видел сущность политического в различии между другом и врагом. Иными словами, у нашей общности всегда есть враг, который угрожает нашим интересам, и друг, то есть наш союзник. В своей критике Томаса Гоббса, который видел смысл политики в преодолении «войны всех против всех», Шмитт говорит о том, что политика — это и есть вечное поддержание войны, антагонизма. Более того, Шмитт делает суждения о политике не только в сфере сущего(того, как есть), но и в сфере должного(того, как должно быть). Наше общество всегда должно находиться в состоянии вражды с кем-то, иначе оно придёт к упадку. По Шмитту, нам необходим враг и мы обязаны его воспринимать таковым. Не мир(как по Гоббсу), но война является сущностью политики. И правом на объявление войны обладает государство, которое может потребовать от единичного индивида быть готовым умереть или убивать других людей.
Что это все значит? Я не шмиттианец и с подозрением отношусь к политической теории Шмитта, но, вынужден признать, политика зачастую оборачивается конструированием образа врага. Ведь эффективнее всего объединять людей вокруг ненависти к чему-либо, не правда ли? И я не спорю, что бывают случаи, когда эта ненависть может быть оправдана (как ненависть к захватчикам). Но к сожалению, чаще всего эта ненависть не имеет под собой резких оснований, и сконструирована политическими элитами, которые делают ставку на фантомные страх и ненависть. При чем, самое чудовищное, когда эта ненависть относится не к конкретному виновнику бед, которого мы можем назвать по имени, а к безличной группе людей, которых мы виним в своих бедах. Такими формами страха и ненависти являются расизм, ксенофобия, сексизм и прочие нехорошие вещи. При чем это работает в обе стороны, как от угнетателей, так и угнетенных. С юридическим равноправием, фактическое не наступает, а бывшие борцы со всеми «измами»(которые я ни в коем случае не одобряю) сами превращаются в расистов, сексис_ток, гетерофобов и т.д. Проблема ведь лежит не столько в самой социальной несправедливости, сколько в господстве стереотипных представлений друг о друге. Политические элиты и так называемые купленные «лидеры общественного мнения» в свою очередь поддерживают господство этих стереотипов в обществе. Стереотип — это страшное обобщение, которое делает нашими врагами помимо виновников и тех, кто не несет ответственность за наши беды. Любой мусульманин вдруг становится для нас «террористом», любой чернокожий для нас становится «наркоманом» и «преступником», любой еврей становится «мошенником», любой представитель ЛГБТ сообщества становится для нас «совратителем нашего ребенка», любой белый мужчина становится для нас «угнетателем» и дальше по списку. Эти стереотипы оборачиваются в средство оправдания или прикрытия несправедливой или даже людоедской политики государства. Достаточно вспомнить повсеместную охоту за троцкизмом при Сталине или маккартизм в США, когда на скамье подсудимых оказывались невинные люди.
Последствия этого действительно ужасны. Мы начинаем жить на пороховой бочке, а воспроизведение в нашей речи негативных стереотипов о «других» превращается в самосбывающееся пророчество, которое неизбежно приведет к взрыву. Приведу пару примеров, чтобы наглядно показать, что я имею в виду.
Мартин Лютер Кинг против Малькольма Икса
Все вы слышали о Мартине Лютере Кинге, который в 1960-е годы был лидером борьбы за равноправие чернокожих. У него была великолепная речь «У меня есть мечта», которой я восхищаюсь как по форме, так и по содержанию. В ней он задекларировал свое видение будущего, где черные и белые имеют равные права, и призывал к ненасильственному сопротивлению и борьбе за свои права. Мечта Кинга заключалась не просто в равноправии чернокожих, но в обществе, где существует братская любовь между черными и белыми, протестантами и католиками, евреями и язычниками.
«В процессе завоевания при надлежащего нам по праву места мы не должны давать оснований для обвинений в неблаговидных поступках. Давайте не будем стремиться утолить нашу жажду свободы, вкушая из чаши горечи и ненависти.
Мы должны всегда вести нашу борьбу с благородных позиций достоинства и дисциплины. Мы не должны позволить, чтобы наш созидательный протест выродился в физическое насилие. Мы должны стремиться достичь величественных высот, отвечая на физическую силу силой духа.
Замечательная воинственность, которая овладела негритянским обществом, не должна привести нас к недоверию со стороны всех белых людей, поскольку многие из наших белых братьев осознали, о чем свидетельствует их присутствие здесь сегодня, что их судьба тесно связана с нашей судьбой и их свобода неизбежно связана с нашей свободой. Мы не можем идти в одиночестве.»
……………………………………..
«мы сможем ускорить наступление того дня, когда все Божьи дети, черные и белые, евреи и язычники, протестанты и католики, смогут взяться за руки и запеть слова старого негритянского духовного гимна: “Свободны наконец! Свободны наконец! Спасибо всемогущему Господу, мы свободны наконец!”»
Мартин Лютер Кинг — «У меня есть мечта», 1963 год
Мне горько это признавать, но Мартин Лютер Кинг проиграл, и победил его менее известный сегодня оппонент, приверженец черного национализма Малькольм Икс с его речью «Бюллетень или пуля». Если Мартин Лютер Кинг призывал оказывать ненасильственное сопротивление угнетателю, то Малькольм Икс говорил о борьбе всеми возможными средствами. В речи Икса именно белый человек поработил, линчевал и подавлял африканцев, живущих на американской земле, и поэтому именно он должен нести бремя коллективной вины. Белый человек — это не кто-то, кто действительно это все делал, вина на нем должна лежать с рождения и он обязан ее искупать перед такой же абстрактной жертвой. И наблюдая за антагонизмом в американском обществе, я могу сделать вывод, что риторика Малькольма Икса оказалась более влиятельней чем всемирно известного проповедника Кинга. Вернемся к нашему времени и тому, что случилось. Ведь я всеми руками поддерживаю требования Black Lives Matter, да только движение приняло формы, которые не разрешает конфликт, а только усугубляет его. Черные, которые грабят магазины, наглядно подтверждают стереотипы о «черных преступниках», полицейские, которые превышают свои полномочия, подтверждают стереотипы о своем расизме. Получается замкнутый круг и в нем растет взаимные ненависть, страх и недоверие друг к другу.
А что же в России?
Правда от этого не застрахована и наша страна, как бы наша политическая элита не создавала впечатления возможности забить дубинками любое проявление конфликта между различными группами или обществом и властью. Враг не обязательно должен с нами быть всегда рядом. Если врага нет, то его стоит выдумать. Этим врагом могут быть приезжие, как у русских националистов, но российская власть пошла по другому пути. Благо пропагандистский стереотип «Россия окружена врагами» все меньше объединяет нас, и все больше вызывает только чувство иронии над собой. Концепт «Русского мира» оказался провален, потому что сделал ставку на объединении вокруг абстрактного врага в лице США и НАТО. И этого врага наша страна пыталась навязать не только нам, но и соседним странам. «Призрак фашизма бродит по Европе» — говорили они, но авторитет говорящего стал контраргументом против этого суждения. В итоге, сначала другие страны стали отходить от Кремля, а затем и самому российскому обществу надоели эти имперские мифы. Оказалось, нечем сегодня гордиться, да и условия жизни в России не являются привлекательными для того, чтобы большая часть постсоветских стран захотела вернуться в Империю. Кремль просто ничего не может предложить им, кроме образа врага, который за все эти годы им, откровенно говоря, поднадоел. Да и сам «враг» оказался более дружелюбным, вежливым и выгодным для их суверенитета чем мы, как бы горько не было это признавать. Но не хочу здесь подробно расписывать о всех тонкостях мировой политики. Посыл этого поста заключается в другом.
Может просто вместо того, чтобы бездарно эксплуатировать образ врага, попробовать объединить наше общество по-другому? Может нам вместо ненависти нужна любовь к своим согражданам, родине и культуре? Может от Малькольма Икса нам стоит переходить к мечте Кинга? В настоящей любви к родине и настоящем патриотизме нет места ненависти к чужому, и она не строится на страхе перед внешним врагом, в ней нет места закрытости от мира и имперским амбициям. Эти вещи, по моему мнению, являются не только не необходимыми для патриотизма, но даже вредными. Они добродетель патриотизма превращают в порок шовинизма. Ведь для шовиниста не важно благо конкретных сограждан, для него высшей ценностью выступает благо абстрактных сущностей, вроде нации и национальных мифов. Для шовиниста не существует ценности человеческой жизни. Цель оправдывает средства, и, по их логике, жизни тысячи молодых ребят будут оправданы возрождением «Русского мира». Но вот «Русский Мир» не наступает, а все попытки его воссоздать привели только к негативным последствиям для нашей страны. Может быть не стоило отправлять всех этих молодых людей убивать других и умирать самим не понятно за что? Однако, я считаю, настоящий патриот желает блага своим согражданам – каждому по отдельности, здесь и сейчас. И этот текст я обращаю в первую очередь к вам, мои сограждане, а не к коррупционным чиновникам моего государства, которые заменили настоящий патриотизм вульгарным шовинизмом и дикой ненавистью к окружающему миру. Им выгодно дальше навязывать вам все эти мерзкие стереотипы об остальном мире и пугать «призраком фашизма», но я рад, что рейтинги политических ток-шоу падают и люди все больше испытывают безразличие к Украине, Байдену, Афганистану и прочим вещам, которые не относятся непосредственно к их частной жизни. И с одной стороны хорошо замкнуться в частной жизни от ненависти, но страшно когда мы замыкаемся в ней от любви…
#политика #вражда #страх #ненависть #любовь